Сокращение бюджета крупнейшей тюрьмы Великобритании вполне может привести к снижению контроля за безопасностью. К такому выводу пришли тюремные офицеры, рискнув проголосовать за запрещенную законом забастовку, чтобы привлечь внимание к проблеме.
18 ноября в Великобритании началась масштабная забастовка тюремных служащих и охраны. Первыми на тропу протеста вышли порядка двухсот работников самой крупной в стране тюрьмы, расположенной в портовом Ливерпуле. Сутки спустя к бастующим присоединились их коллеги в Уоррингтоне - из второй по величине тюрьмы “Рисли”. А в конце того же дня в акцию влился персонал еще из нескольких “мест не столь отдаленных” - в Ланкастере, Кардиффе, Уондсворте и Престоне.
Причиной забастовки стало многократное нарушение субординации со стороны руководящих офицеров тюрьмы в Ливерпуле, а также неоднократные попытки урезать бюджет заведения. Эти попытки, по словам его персонала, могут привести буквально к катастрофическим последствиям.
- Единственный способ сейчас пополнить и так уже многократно уменьшенный бюджет, дефицит которого у ливерпульского учреждения, по предварительным данным, составляет порядка миллиона евро, - это сокращение штата. Но этого мы уже не выдержали бы. Даже в самые неблагополучные дни нужно понимать, что есть меры, к которым прибегать вовсе не стоит, - сказал в интервью местным журналистам заместитель председателя ассоциации тюремных служащих Марк Фримен.
Как объяснили сами бастующие, на такой шаг их толкнуло исключительно опасение за жизнь и здоровье коллег. В случае сокращений им придется взять на себя больше работы и, соответственно, удлинить рабочий день. А это может отрицательно сказаться на внимании и прочих качествах, необходимых тюремным офицерам. Но, несмотря на благие цели и намерения участников акции, общество отнеслось к забастовке довольно прохладно. Возможно, это связано с чисто английскими качествами - чопорностью и педантичностью, не позволившими гражданам одобрить то, за что обычно направляют в данные заведения, - нарушение буквы закона. Ведь подобные акции работникам тюрем официально запрещены. А потому в пресс-службе ливерпульской тюрьмы акцию персонала немедленно объявили вне закона и даже пригрозили принять “необходимые меры” к ее участникам.
Кроме всего прочего, под “огонь” забастовки попало не только тюремное начальство: родственники, приехавшие на свидания, адвокаты и их клиенты, не попавшие на заседания суда, подсудимые, чьи сроки освобождения пришлись на эти дни... И хотя порядок и безопасность в тюрьмах продолжали поддерживаться, вся другая деятельность, кроме конторской, была остановлена.
По непроверенным данным, переговоры между ассоциацией тюремных служащих и руководством ливерпульской тюрьмы начались уже спустя 25 часов после начала акции. Однако информации о каких бы то ни было результатах ни в прессе, ни на сайте ассоциации пока не появлялось.
Елена БЕЛЛИС
