На полях экономических сражений возобновились бои отнюдь не местного значения. Сначала в прогнозе социально-экономического развития страны на 2016 - 2019 годы Минэкономразвития предположило, что экономический рост может быть обеспечен только за счет снижения уровня инфляции, замораживания зарплат и роста инвестиций со стороны предприятий. Затем на прошлой неделе подоспел доклад аналитиков Центрального банка России. В нем эксперты тонко намекают, что достигнуть объявленной ЦБ цели - снижения уровня инфляции в стране до 4% в год за счет жесткой политики ограничения денежной массы в экономике - не удастся.
И продолжая линию экономического ведомства, специалисты ЦБ основную преграду в подавлении инфляции видят в не снижающихся удельных издержках на оплату труда, которые, дескать, являются угрозой для потребительской инфляции и целей ЦБ.
Вполне понятно, что применить какие-либо административные ограничения на зарплаты в частном секторе невозможно. Однако, считают эксперты, поскольку рынок труда в РФ традиционно ориентируется на зарплаты в бюджетозависимых организациях, для того, чтобы относительная стоимость рабочей силы в экономике не росла быстрее, чем ВВП, достаточно лишь заморозить рост реальных пенсий и зарплат в бюджетной сфере и на госслужбе.
Намек более чем прозрачный. А главное - выгоден Минфину. Поскольку анализ реализации основных “майских” указов президента показывает, что сохраняется риск не достичь к 2018 году увеличения реальной заработной платы в 1,4 - 1,5 раза от уровня 2011 года. С 2011 по 2015 год реальная зарплата увеличилась всего в 1,04 раза, прогноз Минэкономразвития на 2016 год - 1,01 раза.
Копилку технологий борьбы с “избыточными” доходами населения пополнила американская Wall Street Journal. Газета опубликовала утечку информации о том, что в финансовом ведомстве нашей страны прорабатывают возможность увеличения после 2018 года налога на добавленную стоимость (НДС), а также введения прогрессивной шкалы налогообложения физических лиц (НДФЛ). Правда, Минфин сразу же заявил, что не получал таких поручений. Но отсутствие поручений не означает отсутствия раздумий по данному поводу у чиновников.
Приплюсуйте сюда апрельские тезисы финансово-экономического блока по пенсионной реформе, в которых обсуждается введение дополнительных взносов из заработка работников на пенсионное обеспечение (помимо отчислений работодателей), - и картина, как говорится, маслом.
А еще поджимает ситуацию необходимость отчитаться перед президентом РФ о выполнении второго “майского” указа - о долгосрочной экономической политике. Он, к примеру, предполагал к 2020 году создать 25 млн высокопроизводительных рабочих мест, к 2018 году увеличить долю инвестиций к ВВП до 27%, а производительность труда нарастить в 1,5 раза по сравнению с уровнем 2011 года. Кроме того, надо было также утвердить стратегию долгосрочного социально-экономического развития России и долгосрочный бюджетный прогноз. Ничего из этого пока достичь не получилось. И при сохранении текущих тенденций - не получится ни к 2018 году, ни к 2020-му.
Вот и возникают идеи, как нам реорганизовать экономику за счет зарплат и доходов. Это уже в нашей истории было (вспомним “лихие девяностые”), но вот с результатами такого подхода как-то не все благополучно: деньги, сэкономленные на зарплатах, перекочевали за рубеж.
Откуда такое упрощенное понимание источников экономического роста? Может быть, из истории успеха отдельных экономически развитых стран?
Да, Япония во многом обязана высокой норме накоплений и капитальных вложений: в начале 70-х годов прошлого столетия они достигали 38 - 39%, и это был самый высокий показатель среди развитых капиталистических стран.
Да, в Японии по сравнению с США, Францией, Германией и рядом других западных стран уровень оплаты труда был ниже. Но экономический подъем “японского тигра” в первую очередь опирался на растущий массовый спрос как внутри страны, так и за рубежом. Именно обратное воздействие потребительского спроса позволяло окупать вложения в технологии и производственные мощности и в итоге приносить капиталу высокую норму прибыли.
Надо вспомнить, что именно японский менеджмент в то время стал внедрять пожизненную систему найма персонала, с развитой системой оплаты труда (включавшей поощрения за повышение квалификации, за достижения определенных показателей эффективности, за рационализаторство и т.п.). Как следствие - и отношение к труду, к предприятию: по данным социологических опросов, на американских предприятиях только 10 - 12% работников признавались, что постоянно думают о его развитии, а на аналогичных японских таких было 61%!
Какое направление выберет финансово-экономический блок, решая задачку оживления экономического роста в России? Если делать ставку на средние и малые предприятия, то без стимулирования потребительского спроса они развиваться просто не смогут!
16 мая Национальное агентство финансовых исследований представило результаты всероссийского опроса 1,5 тыс. руководителей малых и средних предприятий. Так вот, по данным этого исследования, две трети небольших компаний в РФ работают, не прибегая к банковским кредитам. Банковские кредиты являются основным источником заемного финансирования для некрупных предпринимателей, но брали их или планируют брать лишь 32% представителей малого бизнеса. В Евросоюзе (данные взяты из исследования ОЭСР) к банковским кредитам прибегает каждый второй предприниматель. Максимальные показатели - у Франции (65%), Испании (59%) и Италии (56%).
Слава богу, есть все-таки оппоненты у адептов заморозки заработных плат. Так, по мнению зампреда ВЭБ Андрея Клепача (ранее в Минэкономразвития он курировал вопросы прогнозирования и разработки экономических сценариев), РФ нужно будет идти на меры поддержки зарплаты бюджетников, проводить дополнительную индексацию. “Это увеличит дефицит не так драматично - на 0,3 - 0,5 п.п., это даст некоторый импульс экономическому росту - тоже небольшой, 0,3 - 0,4 п.п. в ближайшие годы. Для поддержки инвестиций придется разморозить ФНБ, потому что, если государство не использует ресурс, непонятно, почему должен рисковать бизнес. И в любом случае нужна поддержка ЦБ”, - считает Клепач. И добавляет, что в этом случае уже к 2018 - 2019 году РФ сможет выйти на темпы роста 3,5 - 4%, сопоставимые с ростом мировой экономики.
Время определяться с выбором направлений экономической политики пришло, и надо сделать единственно верный выбор.