Пинский Виктор. Многое получается. Почти всегда

ПЕРСОНА

Многое получается. Почти всегда

Жизнь минимум в двух измерениях — данность, без которой он себя уже не представляет. Каждое утро начинается с вопроса: как дела в Приморье, что в профсоюзах? Звонки во Владивосток в 4 утра по московскому времени — для него нормальная ситуация. За несколько часов до того, как «Москва проснется», можно успеть много. По сути, получается два рабочих дня: один — с Владивостоком, пока там все на работе, второй — с Москвой…

О профсоюзах, политике и немного о яхтах рассказывает секретарь Федерации независимых профсоюзов России, заместитель генерального секретаря Всеобщей конфедерации профсоюзов, депутат Госдумы от Приморья, первый заместитель руководителя фракции «Единая Россия» в Госдуме, член президиума генерального совета партии «Единая Россия» Виктор ПИНСКИЙ.

СЛОЖНО ОСТАНОВИТЬСЯ

— Виктор Витальевич, вы ведь пришли в профсоюзы, скажем так, состоявшимся и совсем не бедным человеком. Зачем вам вообще было это нужно? Зачем вам профсоюзы и политика сегодня?

— Я часто думал, что вполне могу себе позволить делать что-то другое. В принципе, что угодно. Но всегда понимал, что не могу просто заниматься только личными делами. Да, заняться есть чем: сын недавно родился, внучка. Но мне бы очень не хватало драйва, что ли, связанного с политикой, общественной работой. Понимания, что могу сделать что-то по-настоящему важное для людей, для профсоюзов, для страны, как бы пафосно это ни звучало. Есть результаты, я их вижу. Мне кажется, неправильно бросать это сейчас, пока все получается. Мне просто жалко этих лет в политике и профсоюзах. Задан такой темп, когда сложно остановиться.

— Если смотреть вашу биографию, вы ровно поднимаетесь по вертикалям, если можно так выразиться, в трех ипостасях: профсоюзы, политика и партия. Плюс юридическая тема: вы — член Ассоциации юристов России. Не слишком ли много статусов?

— Все логично. По сути, я всю жизнь занимаюсь тем, чему учился. Юриспруденцией. И когда работал военным судьей, и в профсоюзах очень много юридического, и в качестве депутата. В Законодательном собрании Приморского края — десять лет. И уже шесть лет в Госдуме. Особенно много законотворческой работы было в первый мой созыв. Статусы… все они, кроме Госдумы, — это общественная нагрузка в чистом виде, с одной стороны. С другой — я думаю, оценка результатов моей работы со стороны.

— Например?

— Профсоюзы в Приморье я хотел сделать заметными и сильными. Это точно получилось. У Федерации профсоюзов Приморского края, которую я возглавлял десять лет, сегодня репутация боевой организации, единственной в крае способной профессионально защищать людей. Ее уважают, с ней считаются.

Было много партийных поручений. В том числе в Крыму. Нужно было определить достойных кандидатов на выборы в Госдуму. Я ездил в качестве федерального уполномоченного партии по девяти регионам, оказывал помощь нашим кандидатам. Все — достойные люди. Все они в итоге победили.

ВЫГОНЯЛИ С СОБАКАМИ

— Как вы пришли в политику? 2001 год вы помните?

— Помню. Я еще до 2001 года, можно сказать, случайно участвовал в выборах в Первомайском районе Владивостока. Естественно, проиграл. Что касается 2001-го… Как ни странно, инициатором того, чтобы я пришел в политику, был Виктор Иванович Черепков, известный всем в стране мэр Владивостока, ныне покойный. Я уже не помню, кто меня к нему привел, но он сказал: «Пойдешь по Надеждинскому району. Там меня все знают, в любой двор заходи. Победишь».

Началась предвыборная кампания в Законодательное собрание Приморья. Я начал проводить агитацию, говорить про Черепкова, и… меня начали выгонять с собаками. Я приехал к Виктору Ивановичу и говорю: «Давайте так: я сам как-нибудь пройду, вы мне не помогайте, пожалуйста, и не мешайте».

И мы — три партнера юридического агентства и еще несколько человек — ездили, встречались с людьми, рассказывали о своей программе. Были в каждом селе, в каждом населенном пункте. В день — по пять-шесть встреч. Затраты были только на агитационные материалы — листовки, плакаты. Победили, набрав почти вдвое больше голосов, чем оппоненты. Я выбрал комитет по законодательству, поскольку я — профессиональный юрист.

В следующий созыв выборы проводились по партийным спискам. К  тому времени я уже пять лет возглавлял профсоюзы края, и именно федерация профсоюзов настояла на том, чтобы меня включили в партийный список. На тот момент для профсоюзов было совершенно очевидно, что, не находясь в приморском парламенте, невозможно решать вопросы труда. Я прошел, стал председателем комитета.

— Люди, которые приходят в политику из бизнеса, любят говорить, например, что хотят улучшать инвестиционный климат, в том числе законодательно, но имеют в виду личный бизнес. Вам-то зачем это было нужно? Что вы хотели сделать? И что изменилось в ваших представлениях о политике, после того как вы активно в нее включились?

— Первоначальная цель четкой не была. Мы с партнерами просто хотели как-то самореализоваться — и да, помочь своему юридическому бизнесу занять какую-то строчку в обществе, чтобы и наша компания процветала, и нас знали. Можно сказать, это были реально меркантильные интересы. Но после выборов стало понятно, что в округе надо работать, людям надо помогать, делать какие-то по-настоящему правильные вещи. Настроение изменилось. Оно перестало быть потребительским. Цели изменились, и мы тогда действительно очень много сделали для Надеждинского района.

— Во всем районе окна вставляли в подъездах…

— …и двери. До сих пор стоят.

— Надеждинский район — место, куда вы и сейчас приезжаете в первую очередь: и в региональные недели, и предвыборную кампанию в прошлом году начали с него. А в этом году вместе со всеми его жителями пережили наводнение. Как все — несколько дней без электричества, без воды. Выезжали на Транссиб, где железнодорожники восстанавливали разрушенные пути.

— В ночь, когда шел этот дождь, вправду страшно было. Район очень пострадал. Одинаково плохо было всем… Мне дорог этот район, там началась моя политическая карьера. Мой брат там был потом главой администрации. И ветеранам мы помогали, и отношения с людьми у нас хорошие. Так что я в первую очередь туда еду, готов им помогать и дальше.

— Госдума как появилась?

— Здесь уже была четкая цель. Госдума нужна была профсоюзным организациям Приморского края, чтобы мы могли на более высоком уровне решать проблемы. Я депутат прежде всего профсоюзный и приморский, и в Госдуме я — для профсоюзов и для Приморья. Я по-прежнему считаю, что работодатель неправ, когда не выплачивает заработную плату. И что сокращение рабочих мест и потеря работы для людей, живущих в Приморье, — это неправильно.

ДОЛЖНОСТЬ — ВСЕГО ЛИШЬ ИНСТРУМЕНТ

— Я свидетель, как вот только что один ваш телефонный звонок, можно сказать, решил судьбу приморских тепличных хозяйств. Теперь есть шанс, что 500 человек в крае не останутся без работы. Более того, специалисты говорят, что на отрасли защищенного грунта в Приморье мог быть поставлен крест. Вы чувствуете себя всемогущим?

— Нет. Я просто верю в отношения с людьми. Если по просьбе администрации края или профсоюзов я разговариваю с министрами или другими руководителями, то есть большая вероятность, что они к этому вопросу не отнесутся формально. Потому что с каждым из них у нас есть история решения других задач, например по принятию законов, по партийной работе. Но даже без такой истории, как в этом конкретном случае, люди обычно понимают, что означает моя теперешняя должность.

Может, грубо звучит, но так и есть: для меня должности — всего лишь инструмент для решения приморских и профсоюзных проблем. Очень действенный. Рекомендую всем профсоюзам это активно использовать. И не только в России, учитывая мою новую работу в ВКП.

Я убежден в том, что профсоюзам надо двигать своих людей на все выборы, использовать все возможности, чтобы оказываться на позициях, где принимаются решения.

ЕСЛИ ВЛАСТИ НЕДОРАБАТЫВАЮТ, КТО-ТО ДОЛЖЕН ИХ ПОПРАВИТЬ

— Много раз мне рассказывали, что каждый, кто обращается к вам, понимает, что его слышат, с его проблемой будут работать. И не важно, как человек выглядит, как говорит и кто он в социальной иерархии. История с водой, например, в приморском поселке Гайворон, которой вы занимались год. Водопровод построили, вода у людей наконец есть круглосуточно, а не по два часа в день. Все счастливы. Дмитрий Ильич Гарага, председатель координационного совета профсоюзов района, который занимался сбором подписей за строительство водопровода и организовывал сход жителей, рассказал мне, что люди ведь смеялись над ним, говорили: «Ты вправду веришь, что в Госдуме будут заниматься нами?»

— Я всегда боялся, что мне кто-нибудь скажет, что я изменился из-за положения и должности. Много же примеров, как таблички на дверях и служебные автомобили меняют людей. Мне важно, каким люди меня видят.

С самого детства я четко понял: чтобы что-то произошло или изменилось, нужно приложить усилия. Расслабился, сбежал — получай по заслугам. У меня было уличное детство. Мою маму вызывали в школу каждый день из-за моего поведения. Потом она просто стала сама приходить — все равно же вызовут… Однажды она уехала в Сочи на месяц — единственный раз вообще, когда она уехала в отпуск. И я весь этот месяц в девятом классе прогулял. Не знаю, на что надеялся… В общем, она вернулась, пошла в школу, ей все рассказали. Тогда отец меня первый раз выпорол. Я понял, что был неправ. В итоге десятый класс я окончил с тремя четверками, остальные пятерки, хотя в восьмом у меня было шесть или восемь троек. И мама наконец разрешила купить мне мопед.

Деньги на него я тоже сам заработал. Три года на каникулах мы с приятелем трудились разнорабочими в райзаготконторе, у его отца. Перебирали овощи, ящики сколачивали. За это нам платили 40–50 рублей в месяц. Мамина зарплата тогда была 100 рублей, у отца — 200, и мои 80 за лето. И так как мопед мне не разрешали купить, я отдавал деньги маме. Понятно, что она их тратила на меня же. И вот спустя три года моя мечта сбылась. Я получил мопед и был несказанно счастлив.

Вспоминаю, как мы с другом организовали весь класс на поездку в Ленинград. Чтобы заработать на билеты и гостиницу, мы собирали металлолом, макулатуру, бутылки, разгружали вагоны. Девочки работали на предприятиях. Видя такое наше желание поехать, школа добавила половину необходимой суммы. Нам выкупили целый вагон, и мы отправились на несколько дней на экскурсию. Это были сильные впечатления. Мы все накрепко сдружились благодаря той поездке.

— Давайте вернемся к избирателям и их нуждам. После таких историй, как с водопроводом в Гайвороне, вы говорите, что все могло бы решиться без вас. Выходит, что на местах не хватает руководителей, которые хотели бы и могли продуктивно работать с проблемами граждан?

— Если местные власти недорабатывают, кто-то должен их поправить. Я уверен, что большинства проблем не было бы, если бы каждый на своем месте хорошо выполнял свою работу. И это нормально, что люди обращаются в Госдуму или к президенту. Значит, реально накипело, и кто-то сделал свою работу плохо.

В то же время каждый должен понимать ответственность перед собой. Сейчас много возможностей решать проблемы. Не знаешь, что делать? Есть интернет. Не хватает знаний — спроси. Нужны документы — сделай над собой усилие и собери. Если ты, взрослый и умный, не можешь для себя это сделать, почему кто-то должен делать за тебя? Это и профсоюзов касается. Чтобы отстаивать свои права, нужны аргументы, анализ ситуации, документы. Не во всем виноват один человек в стране.

— По проблеме с угольной пылью в Находке, все еще не решенной, все ведомства отчитались вам. Каждое в отдельности выполняло свою работу. Но людям нечем дышать.

— В таких ситуациях нужен координатор. Роль личности в истории никто не отменял. Я знаком со многими в Госдуме, министерствах, правительстве, кто думает об интересах страны и людях. В этом конкретном случае процесс идет. Закон, который установит четкие правила для стивидоров, будет принят. Сложность в том, что задействованы сразу несколько ведомств. Да, бюрократическая машина двигается не так быстро, как хотелось бы. Но, возможно, именно это позволяет в итоге получить выверенный документ, который будет работать в интересах людей.

ВСЕ ВСТРЕЧИ ВЛИЯЮТ

— Где во всем этом место яхтам? Вы ведь успели совершить переход на парусной яхте из Австралии во Владивосток. Для тех, кто понимает, это о многом говорит.

— Мне очень нравится яхтинг, но сейчас, конечно, нет возможности им заниматься. Я перестал участвовать в гонках. За это лето всего раз вышел в море — половить камбалу. Пока живу и работаю в Москве, пытаюсь найти другие увлечения. Учусь играть в гольф. Езжу на охоту и рыбалку здесь. Очень люблю и с удовольствием бываю в Белоруссии. Я там родился и вырос, там моя мама похоронена. Люблю с одноклассниками встречаться.

— Вы несколько раз все круто меняли в своей жизни, переезжали. Какие люди или события повлияли на это больше всего? Легко ли вам это вообще?

— Работа слесарем на заводе в Лиде после школы и провал попытки поступить в институт заставили меня понять, что надо учиться. Возможно, и там я добился бы каких-то результатов, но точно понял, что я гуманитарий и надо приложить усилия еще раз, чтобы поступить. Институт повлиял — всю жизнь занимаюсь юриспруденцией. Люди? Я думаю, что все люди, все встречи влияют. В профсоюзах это — Михаил Викторович Шмаков. Он зажег меня профсоюзной работой. В политике — Сергей Иванович Неверов и Вячеслав Викторович Володин, в законотворчестве — Павел Владимирович Крашенинников. И я всем им благодарен за то доверие, которое они мне в свое время оказали. Было, конечно, несколько ключевых встреч в моей жизни. Например, 1 мая 2012 года, когда с Михаилом Викторовичем (Шмаковым) после демонстрации в Москве мы пошли в кафе с президентом и премьером. Не каждому же удается в приватной обстановке просто поговорить с первыми лицами государства. Меня реально поразила эта простота, как человека, профессионализм, владение ситуацией по всем вопросам — с Владимиром Владимировичем Путиным мы говорили про Приморский край, саммит АТЭС во Владивостоке, ситуацию в стране — на разные темы.

Легко ли все менять … В принципе, я легко расстаюсь с вещами, не привязываюсь к конкретному месту жительства, дому. Мне несложно собраться и переехать в другой конец страны.

Благодаря этим переездам я точно понимаю, как именно живут люди, например, на Камчатке. В 8-м году после землетрясения в Спитаке там была настоящая паника. Все говорили, что Камчатку ждет такое же. Землетрясения были по 5–10 раз в день. Разной силы. Это очень неприятное чувство, когда звенит посуда, падают вещи, трясутся стены, скачет мебель, когда надо держать шкаф, чтобы он не упал. В нашей угловой квартире в пятиэтажном доме образовались щели между панелями. Люди жили на улице, готовили еду на кострах. Мы ложились спать в одежде, с документами под подушкой.

Зимой там все заваливает снегом. На Камчатке очень много снега. Нас заметало по третий этаж. После снегопада мы всем подъездом расчищали тоннель в снегу, чтобы можно было выйти из дома. В то время служба на Камчатке считалась как год за два, платили двойной оклад. И это было заслуженно. Кто бы что ни говорил, но в таких районах страны условия жизни действительно тяжелые. Нас, правда, тогда это не пугало. Мы все равно радовались жизни.

— Вы — и как депутат, и выполняя партийные поручения — бываете в разных регионах, сравниваете. Можете оценить с этой позиции, как обстоят дела с трудовыми отношениями в регионах? На фоне страны — как выглядит Приморский край и профсоюзная борьба за трудовые права?

— В принципе, везде одинаково. Все зависит от исполнительной власти и от руководителей предприятий региона, от взаимоотношений между ними. Во многих регионах стараются «задвигать» профсоюзы, это общая тенденция. Приморский край — не худший регион, и здесь не самое плохое положение. Есть особенности, связанные с отдаленностью. У жителей Приморья есть такая мысль: мы далеко, мы забыты. На самом деле это не так, не все так плохо в Приморье. В сравнении со многими другими регионами — лучше. В том числе и в сфере трудовых отношений, и в развитии региона. А борьба везде одинаковая идет.

Чем мы заметно отличаемся не в лучшую сторону, так это задолженность по зарплате. Не считая Москву и Санкт-Петербург, край — «лидер» по сумме, которую должны работодатели работникам. Должники — как правило, коммерческие предприятия. Восемь лет на одном из приморских уникальных предприятий, дальнегорском «Боре», где зарплату задерживали каждый месяц, люди получали ее только благодаря профсоюзу. На «Радиоприборе», огромный долг которого перед работниками вынужден был оплачивать бюджет края, и в других подобных историях люди пострадали, потому что у них не было профсоюзных организаций.

Сильный профсоюз просто не дает запустить ситуацию настолько, что ее уже невозможно разрешить. Наши люди реагируют сразу же и, если надо, поднимают шум на всю страну. Делаем все, чтобы спасти производства и коллективы. Многое получается. Почти всегда. Но надо понимать, что это процесс. И можно сказать, что наши вопросы никогда не решаются окончательно. Мы в любой момент должны быть готовы продолжать борьбу за права работников.

Маргарита УСОВА

БИОГРАФИЯ

Родился 6 февраля 1964 г. в городе Лида Гродненской области, Белорусская ССР.
1981–1982 гг. — слесарь-инструментальщик 4-го разряда завода «Оптика» в г. Лида;
1982–1996 гг. — служба в Вооруженных силах СССР и РФ: учеба в Военном Краснознаменном институте Министерства обороны СССР в г. Москве, начальник канцелярии Военного суда в г. Петропавловске-Камчатском, судья военного суда в г. Фокино Приморского края;
1996–2005 гг. — директор юридической компании «Евроазиатское юридическое агентство», г. Владивосток;
2001–2011 гг. — депутат Законодательного собрания Приморского края третьего и четвертого созывов, председатель комитета, заместитель руководителя фракции «Единая Россия»;
2006–2015 гг. — председатель Федерации профсоюзов Приморского края;
2011–2012 гг. — и.о. председателя Приморского регионального отделения партии «Единая Россия»;
с 2011 г. — депутат Государственной думы ФС РФ шестого и седьмого созывов, первый зампредседателя Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству, председатель Комитета по регламенту и организации работы Государственной думы, первый замруководителя фракции «Единая Россия», член Комитета по госстроительству и законодательству.

Награжден медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени, Почетной грамотой президента Российской Федерации, имеет другие государственные награды.