“Солидарность” продолжает рубрику о наставничестве. В ней о своей профессии и о взаимоотношениях с молодыми коллегами рассказывают опытные мастера. Эти люди остаются опорой и источником профессиональных знаний для тех, кто только начинает трудовой путь. На этот раз по рекомендации Оренбургской областной организации ГМПР мы поговорили с котельщиком, бригадиром участка сборки цеха металлоконструкций АО “Уральская Сталь” (г. Новотроицк) Эдуардом Вайсманом (на фото).
- Эдуард Александрович, наша рубрика посвящена наставничеству, то есть передаче опыта между поколениями. Но чтобы в этом разобраться, надо понимать суть вашей профессии. Давайте с этого и начнем.
- Моя должность называется “котельщик”, и многие ошибаются, слыша в этом слове что-то созвучное “котлу”, “котельной”. На самом деле так называют сотрудника, который собирает узлы, конструкции, агрегаты в условиях повышенного давления на них. Наше предприятие связано с металлургическим, коксохимическим производством. И в работе там используются запчасти, на которые давит вода или пар. Это могут быть заслонки, охладительные элементы, которые работают по принципу термоса, то есть герметичные детали, находящиеся под давлением. Ими и занимается котельщик.
Профессия моя необычная. Мы имеем дело с чертежами - и каждый день эти чертежи разные. Работать в таком режиме очень тяжело. Одно дело, когда человек, приходя на работу, знает, что ему надо за смену закрутить, скажем, десяток одинаковых болтов. Он делает это изо дня в день, каждый месяц, каждый год, его движения доведены до автоматизма. Мы же каждый раз видим перед собой абсолютно новое задание. Оно бывает легким, бывает сложным, но оно всегда нестандартное. И нам надо использовать свои опыт и смекалку, придумывать что-то новое.
В нашем цехе мы, используя листы и металлические заготовки-профили, делаем изделия с нуля. То есть сами собираем готовые изделия, сами свариваем и испытываем их, сами несем за них ответственность.
- То есть особая сложность вашей профессии - в непредсказуемости ее заданий?
- Мы не только делаем запасные части агрегатов и механизмов, но и участвуем в устранении аварий. Поскольку у нас металлургический завод, то оборудование здесь используется при высоких температурах, под большим давлением, в химических средах. Нагрузка на узлы и механизмы идет высокая, поэтому они могут выйти из строя. Возникает аварийная ситуация, и тогда к нам в цех обращается за помощью руководитель производственного участка, где произошел сбой, и объясняет, какую деталь и каких размеров ему помочь заменить. А я должен суметь ее изготовить - бывает, даже без чертежа, только по одному его объяснению и нарисованному от руки эскизу. Это непросто.
К тому же в чертежах бывают ошибки, и приходится самому принимать решение - исправлять, изменять указанные на чертеже габариты. Трудность нашей профессии как раз в том, что приходится брать на себя ответственность, самостоятельно и быстро принимать решения. Для этого надо быть уверенным в своем опыте и знаниях, уметь находить выход из сложной ситуации. Некоторые привыкли работать исключительно по чужим указаниям, а в нашей профессии рядом нет того, кто подскажет.
Еще одна особенность нашего цеха в том, что мы работаем физически в тяжелых условиях. Конечно, соблюдаются все меры безопасности, но все равно там шум, двигаются большие механизмы, электроток. В течение смены я могу работать резаком для резки металла или “болгаркой” для зачистки швов, а могу махать кувалдой.
- Несмотря на то, что ваша работа требует заметных физических усилий, вы все же остались на комбинате?
- Каждый человек должен находиться на своем месте. Я попал именно в ту среду, которая мне по душе. Только оказавшись в достаточно жестких условиях, я смог реализовать себя как специалист, как руководитель, как напарник, как друг своим товарищам по цеху. Наверное, тут совпали и мой характер, и стремление учиться и быть полезным, и желание всегда быть в гуще событий. А работа в нашем цехе мне такую возможность дает.
Мне очень сильно помогло то, что я люблю решать нестандартные задачи, постоянно искать что-то новое. Наверное, из-за этого я и быстрее учился, быстрее схватывал информацию. Это заметили мои руководители. Они увидели, что я хорошо выполняю свою работу, иду на контакт, что я общительный человек, и начали поручать мне более сложные и ответственные задачи.
- Самое время, наверное, рассказать о людях, которые помогли вам освоиться в профессии, войти в рабочий коллектив.
- Раньше я тоже работал на “Уральской Стали”, только сварщиком - вполне успешным, с пятым разрядом, был аттестован, хорошо зарабатывал, но мне пришлось на несколько лет покинуть город. Когда вернулся, в прежний цех меня не взяли - место было занято, и мне предложили поменять квалификацию на сборщика металлоконструкций. Когда я пришел в 2009 году в цех, здесь еще работал костяк старых специалистов, ветеранов нашего производства. Это были люди уже в годах, под 60 лет, и именно наша старая гвардия учила молодых. Меня закрепили (или я ему чем-то приглянулся) за инструктором Валерием Павловичем (из скромности он попросил не называть его фамилию. - Прим ред.). Я стал его напарником, вторым номером (звено у нас - два человека). И в дальнейшем, работая бок о бок с ветеранами, я начал постепенно вникать в профессию. Осваивать новое всегда непросто, и, что тут скрывать, ошибок не избежишь. Бывало, что и руки опускались, думал, что не смогу, не справлюсь, нервничал, переживал. Ничего, постепенно набирался опыта. Было важно, что мой наставник в меня поверил, и в дальнейшем это привело к хорошим результатам.
- Чему учило вас старшее поколение?
- Я пришел в цех молодым парнем, с набором понятий, принесенных с улицы, а от меня ждали понимания, что такое рабочий коллектив, ждали ответственности. Я с этим еще не сталкивался, не работал в коллективе. И мой наставник, видимо, увидел, что я привык к одиночной работе, и приложил максимум усилий, объясняя, что здесь так работать невозможно, потому что мы все друг от друга зависим, мы должны друг другу помогать. Если у тебя, допустим, выполнена работа, ты все закончил и видишь, что рядом с тобой ребята не успевают, им тяжело, или они столкнулись с какой-то сложностью и не могут с ней справиться, - если у тебя есть возможность подойти, подсказать, помочь, ты должен это сделать. Потому что к концу смены мы должны все закончить и сделать общую работу. И вот на таких жизненных ситуациях я учился встраиваться в коллектив. В дальнейшем, помогая другим, я постепенно завоевывал авторитет и начал ту очень долгую дорогу, которая привела в бригадиры.
- Молодые ребята к вам приходит. Задерживаются ли они на комбинате?
- Ребята, которые близки нам по духу, которые любят нестандартные задания и готовы принимать все тяготы нашей работы, остаются. Они учатся, становятся сильнее, а я как инструктор, как наставник стараюсь им помочь. Эта помощь не ограничивается работой. Мы также общаемся и вне стен комбината. Когда я пришел в цех, рабочие-ветераны говорили нам о понимании, о дружбе, о поддержке, о том, что надо быть полезными не только в производстве. Они вбили мне в подкорку базу: как себя вести, чего от тебя ждут, какие есть правила человеческих отношений. И сейчас я то же самое объясняю нашим молодым.
- Когда вас вводили в профессию ваши наставники, была ли эта работа оплачиваемой? Должно ли звание наставника вообще быть официальным, надо ли за него доплачивать?
- Наставничество на нашем комбинате - официальная должность. Приказом по цеху проводится официальное назначение человека наставником на определенный промежуток времени. Ему назначается ученик. Да, это оплачивается. На “Уральской Стали” эта система осталась еще с советских времен, она не менялась и не будет меняться.
- Нужно ли материально стимулировать наставника, вводить систему бонусов?
- Наставником выбирают более опытного человека. Деньги - не главная мотивация. Мои наставники не получали больших денег, поверьте. Просто люди были неравнодушными, хотели, чтобы мне было легче влиться в коллектив, реализовать себя. Вкладывать душу в человека, чтоб заработать, - не получится.