“Девушка по соседству”, “мужественный рабочий” и прочие типажи... Люди загружают свои фото и видео на специализированные онлайн-платформы, надеясь на использование в сериалах, созданных с помощью ИИ. Продают не только внешность: голос, движения, трудовые навыки - все товар. А работодатели, не всегда оплачивая, используют навыки сотрудников для обучения ИИ и роботов. Это законно? И кому теперь принадлежат эти умения? Может ли сотрудник отказаться от обучения ИИ на своем трудовом опыте? “Солидарность” разбирается вместе с экспертами.
Сервисы, с помощью которых можно “сдать в аренду” внешность для использования в рекламе или сериалах, все популярнее. Например, в Китае людям платят от 15 до 700 долларов за лицензию на использование внешности в сериалах. С января по март 2026 года в Китае вышло 128 тыс. таких микросериалов. Из них 95% были созданы с использованием нейросетей.
Рынок аренды человеческих качеств и способностей расширяется. Так, на платформах ActID и New Claw можно подобрать нужный образ на основе загруженных данных о человеческой внешности, выбрав типаж, возраст и условия лицензии. Платформы удерживают комиссию с каждого платежа пользователю, причем предложение от людей так велико, что New Claw ввела минимальную цену - 500 юаней за изображение, чтобы избежать демпинга.
“Внешность в аренду” - вершина айсберга рынка контента для обучения искусственного интеллекта, который уже меняет трудовые отношения. Так, интернет облетел ролик с сотрудниками индийской швейной фабрики. На головах рабочих - обручи с камерами, которые фиксируют каждое движение работника. Цель - получить как можно больше данных для обучения ИИ, управляющего промышленными роботами. По всему миру начинают действовать и “тренировочные центры”, где люди обучают роботов выполнять те или иные задачи. Например, крупный центр создают Технический университет Мюнхена (TUM) и компания NEURA Robotics. В TUM RoboGym гуманоидные роботы будут осваивать повседневные задачи под руководством людей. То есть люди будут продавать свою биометрию и навыки человеческой деятельности. Основная цель тренировок - собрать как можно больше данных, которые можно использовать для создания программ тренировки роботизированных систем под управлением ИИ.
- Вскоре появится самый интересный рынок - человеческих свойств. Он будет строиться вокруг лицензирования полезного свойства конкретного носителя: голоса для озвучивания, лица для контента, походки для анимации, реакции для обучения модели, присутствия для проверок на месте, - прогнозирует развитие рынка футуролог Антон Попов.
Первые ростки “рынка свойств” уже есть. Например, RentAHuman - “маркетплейс”, где ИИ-агенты могут нанимать живых людей для выполнения задач в физическом мире. Например, сделать фото объекта. Или провести осмотр помещения и дать отчет с позиций человека.
Можно сказать, мировая экономика, в том числе рынок труда, готовится к “физическому ИИ”, который уже “выходит” в мир - через роботов, складскую логистику, инспекцию, сферу услуг.
По мнению ряда экспертов, отношения на рынке труда будут смещаться к отчуждению набора навыков от личности их носителя. Человек будет продавать не работу целиком, а отдельные “исполняемые свойства”. Многие навыки можно будет упаковать как отдельный продукт на продажу: человек один раз обучает модель, записывает массив данных, “отдает” жесты, мимику, голос, а затем получает доход от многократного использования результата.
При таком варианте развития трудовых отношений наиболее вероятна модель, при которой массовые навыки будут “оцифровываться” и лицензироваться, а редкие и рискованные - оставаться привязанными к конкретному человеку. Процесс этот уже идет. Так, компания Ford после волны сокращений персонала и масштабного внедрения ИИ вернула 350 опытных инженеров с их уникальным опытом. Их задача - дорабатывать данные для работы ИИ, обучать его.
Что делать работникам? Кому принадлежит трудовой опыт и может ли работодатель потребовать передать его ИИ?
- Обучение искусственного интеллекта, по сути, является дополнительными рабочими обязанностями. Если работодатель хочет, чтобы вы обучали на своем опыте ИИ, это должно быть как минимум оформлено документально и оплачено, - поясняет руководитель правового департамента ФНПР Яков Купреев.
Кроме того, напоминает профсоюзный специалист, новые обязанности не должны ухудшать условия труда работника и повышать риски при выполнении работ. А для значительного количества профессий подобная “тренировка ИИ по совместительству” может быть просто опасна, поскольку трудовые операции требуют высокой сосредоточенности.
В новых условиях возрастает роль профсоюзов.
- Профсоюзы уже наделены правом проводить проверки, контролировать условия труда. Использование работников для обучения ИИ является изменением условий труда, и любой член профсоюза имеет право обратиться в профорганизацию за разъяснением, насколько такие распоряжения руководства соответствуют Трудовому кодексу, - говорит Купреев.
Задача же профсоюза, как и всегда, - вести борьбу за достойные условия труда.