Контекст для профсоюза

Или “по требованиям профсоюзов введена льгота, но что нам эта единичная льгота, когда народ лишен...”. И так далее.

Что сказать на это людям? Только то, что они, в принципе, правы. Профсоюзы за последние двадцать  лет - что в России, что в мире - борясь и добиваясь отдельных успехов, тем не менее не смогли остановить глобальное падение уровня жизни абсолютного большинства населения земного шара. И объяснение причин этого лежит отнюдь не в русле “плохо и неправильно боролись”. Потому что если бы это было так, то, допустим, не смогли в России - ладно, смогли бы в Штатах или Англии. Так ведь, оценивая численность членов профсоюзов, сразу ясно: в тех же “профсоюзно-прогрессивных” Штатах или Англии их меньше, чем в России. И трудовое законодательство там похуже. Это я не честь мундира защищаю - спросите юриста-трудовика, специализирующегося на международных нормах. Есть национальная специфика. Где-то проще проводить забастовки, а где-то проще принуждать работодателей к переговорам за столом. Но “в среднем”, на базе цифр, примерно понятно, что везде не слава богу. Не призываю вступать в полемику об эффективности профдвижения, исходя из зарплат работников. Поскольку в этом случае в США членов профсоюзов было бы не около 10% (как сейчас), а существенно больше.

И дело даже не в том обосновании, которое я сам использовал довольно долго. Что, дескать, длительное время Запад повышал уровень жизни работников и степень прав профсоюзов, опасаясь “советского проекта”. А как “завершили” советский проект, так и надобности в уровне жизни и правах не стало. Все это так. Но не только этим ограничивается проблема.

Как мне кажется теперь, то, что профсоюзы во всем мире не смогли всех спасти и всех защитить, связано с их качественной особенностью. Особенность эта заключается в том, что на протяжении последних двух веков профсоюзы могли повлиять на сложившуюся экономическую или политическую тенденцию, но ни разу не смогли ее переломить.

Например, понятно, что рост забастовочного и профсоюзного движения в начале ХХ века имел причиной Русскую революцию. А рост прав профсоюзов в США с 1930-х годов - реформы Рузвельта. Строительство “социального государства” в Западной Европе и США в 1960-х годах - да, осуществлялось в противовес вызову со стороны СССР. Но и передача советским профсоюзам государственных прав и функций была осуществлена как элемент государственной политики компартии. И ни в одном из этих случаев профсоюзы не были стороной, принимающей “окончательное решение”, оставаясь стороной, которая успешно вписывалась в формированную не ею тенденцию.

Впрочем, если тенденция была неблагоприятной, профсоюзы вполне последовательно противостояли ей. Это касалось и борьбы в 1990-х годах с массовыми (не чета нынешним!) невыплатами зарплаты, которую вели в России профсоюзы. И, кстати, выиграли в глобальном смысле. Это касалось и борьбы, например, с повышением пенсионного возраста, которую вели профсоюзы всей западной Европы. Вели - и почти все проиграли. Кстати, чуть ли не единственный случай в России, когда профсоюз попытался изменить “генеральную линию”, был связан с забастовкой Викжеля (железнодорожников) в 1917 году и требованием “однородного социалистического правительства”. Та забастовка, к слову, закончилась расстрелами.

Так вот, теперь - здесь и сейчас - мы имеем дело с вполне конкретной тенденцией, которую реализуют почти все крупнейшие государства. Она заключается в том, что богатые становятся богаче, а бедные - вы сами знаете. Это политика глобального капитала, не связанного границами. Характерно, что до недавнего времени эту политику, несмотря на свое обнищание, поддерживала и большая часть населения, которому теле- и интернет-реклама объяснила, почему нужно брать кредит на айфон. Серьезная попытка реванша со стороны национальных и националистических партий - захлебнулась год назад. Французские профсоюзы выступив против Ле Пен и привели к власти Макрона, который сегодня уничтожает их трудовое законодательство. Трамп, который вообще-то пришел к власти на плечах белого работающего (и неработающего!) большинства Америки (кстати, и вопреки мнению профсоюзов!), теперь неясно - то ли президент, то ли полуотставленный эгоцентрик. И так далее.

В этом хаосе невозможно ни сделать прогноз развития событий, ни - что для профсоюзов гораздо хуже - уверенно гарантировать трудящимся сохранение и приумножение их прав и доходов. Эту проблему нужно признать. Но одновременно нужно признать и другое: борьба должна быть продолжена. Хотя бы потому, что, остановившись или отказавшись от профсоюзов, трудящиеся упадут в пропасть, размеры которой они сегодня даже не в силах представить. Как в 1989 году в СССР не могли представить массовой невыплаты зарплат, в Югославии - кровавого распада страны, в Ливии...

Можно сравнить профсоюзную борьбу с велосипедом: он должен ехать. Остановившись, он падает. Точно так же и профсоюзная борьба оценивается не только по тому, как стало, но и по тому, как могло было бы стать. Тем более что перед нашими глазами есть примеры абсолютной деградации социальных достижений и профсоюзов в некоторых странах бывшего СССР. Аргументация “могло быть хуже” не очень приятна. Но истина в качестве лекарства обычно горькая на вкус.