Статьи
Оцифровка человечества

Эксперты рассказали, как “цифра” изменит мир

Оцифровка человечества

Изображение: Gerd Altmann / pixabay.com

Мир все больше оцифровывается. Вот уже за миллионы долларов продают картины, которые можно посмотреть только в Сети и у которых есть бесчисленное число копий. Зачем люди покупают такие эфемерные вещи? Дело в том, что развитие технологий меняет философию людей, их ценности. И это в ближайшем будущем отразится на нашей повседневной жизни, на нашей работе, на наших трудовых правах. О том, куда и как развивается мир, эксперты говорили на Российском интернет-форуме.

ЦИФРОВОЕ ИСКУССТВО

Можно посмеяться над предложением фирмы Гуччи: за деньги увидеть кроссовки бренда на своих ногах, посмотрев на них через экран смартфона. Но вскоре нас ждет оцифровка реальности - человечество быстро строит мир дополненной реальности. И это благо для цивилизации, уверен писатель-фантаст Вадим Панов:

- Для нас эти кроссовки будут ценны, а для цивилизации - еще ценней: они не требуют ресурсов. Их не надо производить - только придумать, нарисовать и продать. Мы будем пользоваться нарисованным, а реальные ресурсы, не бесконечные, останутся в неприкосновенности. Чем быстрее мы оцифруем мир, тем быстрее прекратим тратить огромное количество ресурсов.

Культура стремительно переходит в “цифру”. Началась NFT-лихорадка. NFT - non-fungible token - невзаимозаменяемый, или уникальный, токен. А токены - это цифровые, виртуальные единицы, которые кто-либо выпускает на основе технологии блокчейн. Стоимость NFT определяют их создатели. Скажем, бумажка в 100 рублей - взаимозаменяемая: неважно, кому она принадлежит, это все равно 100 рублей. А вот старинная монета в 1 рубль не равна современному 1 рублю, она дороже - это невзаимозаменяемая монета.

Создателем самого дорогого NFT стал художник Майк Винкельман (псевдоним Beeple). “Everydays: The First 5000 Days” - это коллаж из тысяч работ Винкельмана, опубликованных в интернете с 2007 года. Копий в Сети много, но владельцем той самой уникальной картины стал Вигнеш Сундаресан (псевдоним Metakovan), купил ее за 69,3 млн долларов. То есть растиражированное обретает ценность оригинала.

Сундаресан - миллиардер, криптопредприниматель, но у него в собственности нет ни домов, ни машин, ничего из привычных атрибутов миллиардеров. Он владеет собственностью в Сети, живет в цифровом мире, и это уже другая философия. Для чего он купил картину? “Сотни тысяч людей со всего мира собираются использовать эту среду, цифровую среду, для монетизации искусства. Вокруг этого будет экономика”, - пояснил он СМИ. Он полагает, что рост числа NFT знаменует новую эру - эру, которая позволяет художникам и коллекционерам по всему миру легче и демократичней покупать и продавать произведения искусства, что раньше было прерогативой только богатых. Он открыл эту дверь.

Цифровую картину “Пиксель” (по сути, серый квадрат) недавно продали на аукционе “Сотбис” больше чем за 1 млн долларов. Крупнейшие аукционы мира уже продают NFT. В 2017 году команда Larva Labs запустила проект CryptoPunks из 10 тыс. NFT-изображений размером 24х24 пикселей. В 2021 году один из девяти криптопанков был продан за 7,58 млн долларов как цифровой раритет. И это лишь несколько самых ярких примеров.

ЭТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ С РОБОТАМИ

- Когда появились первые автомобили, никто не знал, что с ними делать, и потому британский парламент принял закон: перед каждой едущей машиной должен идти человек с красным флагом и предупреждать об опасности. Как следствие, британская автопромышленность не развивалась 40 лет. Это пример самого неудачного закона в истории, - рассказывает на Российском интернет-форуме Андрей Незнамов, управляющий директор Центра регулирования ИИ ПАО “Сбербанк”. - Схожая история и с другими новыми технологиями.

Так, правила дорожного движения появились только в середине ХХ века. Это показывает, какой может быть разрыв между появлением технологии и ее использованием (автомобиль создан в 1885 году).

Искусственный интеллект и робототехника как технология уже созданы, и сейчас стоит вопрос, какие для них установят правила. Весь мир этим занимается, причем много обсуждаются этические нормы. В связи с этим стала актуальной “проблема вагонетки” (мысленный эксперимент в этике, впервые сформулированный в 1967 году английским философом Филиппой Фут). Суть его такова: мчится тяжелая вагонетка, которую нельзя остановить, и если ничего не делать, она задавит пять человек. При этом вы стоите у стрелки и можете перевести вагонетку на другие рельсы, где она задавит только одного, но смерть его будет на вашей совести. Переключите пути или нет?

Этот вопрос стал актуальным, когда на улицах появились беспилотные машины. Как программировать беспилотную машину на тот случай, когда причинение вреда является действительно неизбежным? Например, когда выбор таков: или лобовое столкновение, что приведет к смерти пассажира, или выезд на обочину, где будет задавлен пешеход. Однозначного ответа на эту задачу нет, но ее придется решать, если мы хотим выпустить на улицы беспилотные автомобили. Кстати, подобная этическая проблема возникает не с одними лишь беспилотниками.

СМИ И ЛИДЕРЫ МНЕНИЙ

- Будут ли в будущем существовать СМИ? Да, будут, - считает Вадим Панов, делая прогнозы для газеты “Солидарность”. - Потому что тут уже действуют законы социума, не завязанные на технологии. Кажется, что цифровые технологии все изменят, и да, они многое изменят, за исключением глобальных критических законов. Глобальные критические законы заключаются в том, что требуются лидеры мнений. Любому социуму требуются лидеры мнений, причем по всем сферам. Это могут быть блогеры, они уже есть, те, кто комментирует происходящие в стране и в мире события любого уровня: культурные, политические, технологические. Останутся новостные и аналитические ленты, которые смогут предложить людям максимально широкий доступ к информации, то, что мы сейчас называем СМИ. Будут, естественно, узкоспециализированные СМИ. Это все будет всегда, потому что люди должны на кого-то ориентироваться, им это нужно. С изобретением очередных чипов мы не меняем психологию людей. Все мы хотим кого-то слушать, на кого-то ориентироваться.

Писатель поясняет, что поскольку люди отличаются друг от друга, то они будут хотеть слушать разное, а потому должен быть широкий спектр информации, чтобы человек мог выбирать. Так что СМИ останутся, но роль блогеров будет расти: люди будут ходить к ним за правдой. Ближайшую цель классических СМИ Вадим Панов видит в том, чтобы они не потеряли своей репутации.

ТРУД В НОВУЮ ЭПОХУ

Если изначально работники предприятий, сталкиваясь с несправедливостью, объединялись, чтобы защитить свои права, то в цифровую эпоху, которая дает намного больше возможностей объединиться, люди стали скорее разобщеннее. Что будет в ближайшем будущем с солидарностью трудящихся?

- К сожалению или к счастью, эпоха больших предприятий уходит в прошлое. Государства сейчас не испытывают большой необходимости в заметном количестве профессиональных рабочих, то есть того самого пролетариата, который стал движущей силой борьбы за свои права в ХХ веке. Это объективный факт. Точно так же, как было фактом, что в начале ХХ века государства нуждались в большом количестве квалифицированной рабочей силы и, хотя продолжали обращаться с рабочими как с крепостными, свое мышление не поменяли, не поняли, что так уже нельзя, - и получили социальный взрыв. Разработки современной робототехники позволяют из оставшихся занятых в производстве выкинуть еще как минимум половину. Эти методы просто не внедряют, потому что никто не знает, чем будут эти люди заниматься. Точнее, знают: будет социальный взрыв, - полагает Панов.

Сейчас людей подбивают на то, чтобы они “не работали на дядю”, а занимались своим делом: начинали стартапы, становились самозанятыми. Вместе с тем с момента создания стартапа человек остается один на один с собой, и мало кого интересует, есть ли у него работа, деньги на жизнь. Если немногим оставшимся квалифицированным рабочим будут платить достаточно, чтобы они не возмущались, то самозанятый предоставлен сам себе. Сможет ли он объединиться с другими самозанятыми?

- Есть очень хорошая фраза: в Америке никогда не будет социалистической революции. Почему? Потому что там нет бедных, а есть будущие миллионеры. Это философия самозанятых. Зачем ему с чем-то там бороться, если его стартап завтра принесет ему грандиозную прибыль? Это такая большая морковка, которая висит перед множеством ослов. Кто-то эту морковку даже съедает, и этот случай тиражируют по всем СМИ. Этого достаточно, чтобы остальные ослы бежали в нужном направлении, - считает Панов.

Автор материала:
Юлия Рыженкова - Оцифровка человечества
Юлия Рыженкова
E-mail: ryjenkova@solidarnost.org
Читайте нас в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе последних событий
Материалы по теме
Новости Партнеров
Комментарии

Чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь на сайте

Для добавления комментариев вам необходимо авторизоваться
Новости BangaNet


Киномеханика