Лидер российских профсоюзов обсудил с президентом России несколько социальных тем

Фото РИА Новости

- Ваша встреча состоялась за несколько дней до крымского референдума, тем не менее она была посвящена исключительно социальным вопросам...

- Да, это так. Конечно, Федерации независимых профсоюзов России была, мягко говоря, небезразлична ситуация, развивавшаяся на Украине. Не безразлична эта ситуация и сегодня. Однако профсоюзы России - в первую очередь экономическая организация, защищающая права трудящихся. Об этом и шел разговор с президентом. И в этом смысле знаковый характер носят слова Владимира Путина, прозвучавшие на встрече, о том, что “несмотря на всю турбулентность международных отношений, все-таки самое главное - это то, что происходит в нашей стране, самое главное - это социальное самочувствие людей...”.

- В чем, на ваш взгляд, основная причина кризиса на Украине?

- В основе, на мой взгляд, лежат социальные причины. Низкий уровень жизни, зарплат и пенсий. Существенный рост коррупции. Кризис в экономике, поделенной между олигархами. Отсутствие социального диалога. Кстати, многие из этих тенденций имеют место и в России. Другое дело, что на Украине все они идут с коэффициентом 10.

- Какие темы вы обсуждали с президентом?

- Первая - это проблема развития социального партнерства в крупных компаниях, прежде всего в компаниях с государственным участием. А точнее, неготовность многих из них полноценно участвовать в переговорах с профсоюзами по вопросам отраслевых соглашений, уровня зарплат, дополнительных социальных пакетов для работников. Если у госкомпаний такая позиция - то чего ждать от частного сектора, от малого и среднего бизнеса?! Я считаю, что госкомпания должна подавать пример социального партнерства. А компании, которые не являются государственными, но получают от него какие-либо преференции или госзаказы, обязаны быть в системе отраслевых соглашений.

Вторая проблема связана с прогрессивной шкалой налогообложения на доходы физических лиц. Когда в начале 2000-х годов ввели плоскую шкалу, это оправдывалось необходимостью вывода доходов бизнеса из тени. Но нужно быть откровенными: доходы бюджет потерял (прежде всего региональные бюджеты), эти потерянные доходы бизнес своим обещанным ростом впоследствии не компенсировал. А основная налоговая нагрузка по НДФЛ легла на тех, кто и так зарабатывает “среднюю температуру по больнице” или еще меньше. Это и несправедливо, и экономически необоснованно. Мы не призываем доводить налоги на сверхдоходы до тех размеров, которые приняты, например, во Франции - а там это 75% налога на все доходы свыше миллиона евро за год. Но уровень социального расслоения в России достиг неприличных цифр. А это значит - сверхбогатые должны платить больше. Для тех же, кто получает заработную плату ниже прожиточного минимума (что вообще недопустимо!), нужно либо вообще отменить подоходный налог, либо сделать его резко ниже.

Третья проблема - это, увы, стандартная проблема. Минимальный размер оплаты труда, который должен быть не ниже прожиточного минимума и который, однако, всю историю современной России ниже его. Сейчас, в рамках подписанного в конце декабря Генерального соглашения, мы все-таки добились того, что в течение трех лет, до 2016 года, минимальный размер оплаты труда должен быть доведен до уровня прожиточного минимума. Но прожиточный минимум считается по архаичной методике, которая идет к нам еще из середины 50-х годов прошлого века. Необходимо пойти по другому пути. А именно: перейти на другой показатель - минимальный потребительский бюджет (МПБ). В деньгах это выше. Минимальный потребительский бюджет в рублях “весит” примерно 16 - 18 тысяч в нынешних ценах. А стоимость минимальной потребительской корзины - 8014 рублей, при этом МРОТ сегодня - 5554 рубля. Понятно, что переход на показатель МПБ - дело непростое. Но разрабатывать переход на него при составлении перспективных планов экономического развития надо, чтобы было реальное планирование, с учетом реального положения дел.

Для решения всех этих проблем нужен импульс не только со стороны профсоюзов, но и со стороны государства. Именно об этом я и сказал президенту.

- И что он ответил?

- По вопросу о госкомпаниях президент сказал, что политический импульс для активизации их участия в социальном партнерстве, в содержательных переговорах с профсоюзами будет дан. По остальным вопросам президент предложил провести более подробное обсуждение. Это вполне нормально, и мы готовы к содержательной дискуссии на эти темы.