Статьи

Семь заблуждений юристов о профстандарте

Семь заблуждений юристов о профстандарте

Фото: e-romanova.ru

Проект профессионального стандарта, разработанного для юристов, вызывал обширную дискуссию в профессиональном сообществе. В том числе с критической статьей в отношении документа выступила «Адвокатская газета». Профсоюз адвокатов России, как один из основных разработчиков профстандарта, подготовил разбор наиболее значимых замечаний, последовавших со стороны коллег.

27 марта на официальном портале правовой информации был опубликован проект профессионального стандарта «Юрист», ранее подготовленный Профсоюзом адвокатов России, при участии Минтруда, Совета по профессиональным квалификациям финансового рынка, Медиагруппы «Актион-МЦФЭР», профсоюза арбитражных управляющих и других участников юридического сообщества. Документ был неоднозначно воспринят в профессиональной среде. Так, в профильном адвокатском СМИ «Адвокатская газета» появился материал, критикующий разные направления представленного проекта.

- Мы как основные разработчики проекта профессионального стандарта «Юрист» рады, что проект вызвал интерес юридического сообщества, - поясняет председатель Профсоюза адвокатов России Григорий Абуков. - Многие оценки, высказанные нашими коллегами в статье, опубликованной в «Адвокатской газете», представляются нам вполне разумными и заслуживающими внимания. Со многим мы согласны.  Вместе с тем нельзя не отметить, что значительная часть претензий, высказанных в статье, вызвана исключительно незнакомством коллег с действующим законодательством о независимой оценке квалификаций. Позволим себе прокомментировать некоторые из высказанных мнений, чтобы развеять опасения и заблуждения коллег.

Заблуждение первое: а кто разработчик?

Начнем с самого показательного примера. Член Совета ФПА Олег Баулин удивляется, почему разработчиком этого профстандарта выступил Минтруд России и нет ли в этом какого-то тайного умысла. Вот его слова:

«Прежде всего, разработка профессиональных стандартов не относится к компетенции Минтруда. Правилами разработки и утверждения профессиональных стандартов, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 22 января 2013 г. № 23, предусмотрено, что проекты профессиональных стандартов могут разрабатываться объединениями работодателей, работодателями, профессиональными сообществами, саморегулируемыми организациями и иными некоммерческими организациями с участием образовательных организаций профессионального образования и других заинтересованных организаций. Минтруд является нормативным регулятором и координатором этого вида деятельности, но не разработчиком. Видимо, есть некие неявные заказы, цели и основания, побудившие Минтруд заняться разработкой пока единственного для них стандарта (квалификационный справочник должностей руководителей, специалистов и других служащих не в счет, у документа иные природа и содержание)».

Чтобы избежать этих конспирологических подозрений, уважаемому коллеге достаточно было всего лишь внимательно прочитать обсуждаемый проект. В разделе IV «Сведения об организациях – разработчиках профессионального стандарта» указано, что ответственной организацией-разработчиком профессионального стандарта выступает Профессиональный союз адвокатов России, соразработчиками являются Совет по профессиональным квалификациям финансового рынка, Медиагруппа «Актион-МЦФЭР» и Общероссийский профсоюз арбитражных управляющих.

Всего же к разработке проекта было привлечено 26 организаций и экспертов, сведения о них можно получить из пояснительной записки, размещенной вместе с проектом приказа Минтруда на федеральном портале проектов нормативных правовых актов.

При чем же тогда тут Минтруд?

А он всего лишь выполнил ту роль, которая и предписана ему правилами, утвержденными постановлением правительства № 23. Получив от разработчика проект профессионального стандарта, Минтруд размещает его на официальном сайте regulation.gov.ru для общественного обсуждения (п. 12 и 13 правил). По итогам всех дополнительных процедур и согласований именно Минтруд утверждает проект профстандарта своим приказом (п. 16 правил).

Все действующие сейчас профессиональные стандарты (а их уже почти полторы тысячи!) утверждены именно приказами Минтруда. На сайте regulation.gov.ru за период с 1 января этого года появилось 19 проектов профессиональных стандартов. Все они оформлены в виде проектов приказов Минтруда – и проект профстандарта «Юрист», и проект профстандарта «Акушерка», и проект профстандарта «Специалист негосударственного пенсионного фонда». Разумеется, у них у всех разные разработчики. Но на официальном портале их размещает именно Минтруд.

Заблуждение второе: профстандарт охватывает не всех юристов

Далее Олег Баулин указывает: «Претензия на универсальность, обозначенная названием “Юрист”, довольно сомнительна. Даже применительно к негосударственным секторам юридической деятельности можно утверждать, что такого рода стандарт никак не затрагивает работу, к примеру, нотариусов, частнопрактикующих юристов, поскольку ориентирован на характеристику требований к должности юрисконсульта преимущественно крупных корпоративных структур».

Дело в том, что профессиональные стандарты имеют значение только для двух сфер: для образования и для трудовых отношений. Из Трудового кодекса и Федерального закона от 3 июля 2016 года № 238-ФЗ «О независимой оценки квалификации» следует, что профессиональные стандарты могут применяться исключительно в трудовых отношениях, для оценки работодателем квалификации своих сотрудников или соискателей (ч. 2 ст. 1 и ст. 4 Закона № 238-ФЗ, ч. 1 и 2 ст. 195.3 ТК РФ).

Нотариусы не являются лицами, работающими по трудовому договору. Регулирование деятельности нотариусов осуществляется отдельной системой правовых актов, никак не связанных с трудовым законодательством.

Частнопрактикующим юристам никто не запрещает в инициативном порядке сдать экзамен на соответствие профессиональному стандарту, если они считают, что это послужит убедительным доказательством их квалификации для их клиентов. Однако изначально, повторим, система независимой оценки квалификации разрабатывалась для оценки работодателем своих работников.

Подытожу. Предъявлять претензии к названию профстандарта «Юрист» на том основании, что он не охватывает нотариусов и частнопрактикующих юристов, – это то же самое, что запрещать организациям включать в штатное расписание наименование должности «юрист». Дескать, штатных сотрудников организации нельзя называть юристами, потому что «юрист»  –  это более широкое понятие, включающее также нотариусов.

Представляется неверным и утверждение о том, что наш проект «ориентирован на характеристику требований к должности юрисконсульта преимущественно крупных корпоративных структур». Основная обобщенная трудовая функция, выделенная в проекте, называется «Правовое обеспечение деятельности организаций и оказание юридической помощи физическим лицам и их объединениям». В ней мы собрали все основные трудовые действия, которые совершает юрист в рамках правовой поддержки деятельности организации, – независимо от того, идет ли речь о штатном юристе самой этой организации (юрисконсульте) или о сотруднике юридической фирмы, который работает в рамках договора этой фирмы с ее клиентом.

Более того, как раз для крупных корпоративных структур наш профстандарт может оказаться неактуальным, поскольку такие структуры, как правило, разрабатывают собственные комплексные системы оценки квалификации своих сотрудников, включая юристов. А вот компании среднего и малого бизнеса обычно не имеют таких собственных систем и поэтому могут быть заинтересованы в использовании национальной системы независимой оценки квалификации.

Заблуждение третье: профстандарт и Закон об адвокатуре

Вице-президент Федерального союза адвокатов России Алексей Иванов:

«Каким образом данный документ коррелирует с Законом об адвокатуре, также непонятно».

Ответ на этот вопрос простой: «Никак».

Это две никак не пересекающиеся друг с другом сферы. Еще раз подчеркнем: профстандарт касается исключительно отношений между работодателем и работником в рамках трудовых отношений. Адвокатура – совершенно отдельная сфера с отдельным регулированием.

Заблуждение четвертое: профстандарт и уголовное судопроизводство

Олег Баулин в своем комментарии также затрагивает тему исключительной компетенции адвокатуры:

«В разделе 3.3 “Оказание профессиональной юридической помощи в суде”, подразделе 3.3.2 “Ведение дел в рамках уголовного судопроизводства” предпринята попытка определить трудовые (очень спорный термин в данном случае) действия, необходимые умения и знания профессиональных участников уголовного судопроизводства со стороны защиты. Однако стандартизация профессиональной деятельности в уголовном судопроизводстве не относится ни к компетенции Министерства труда и социальной защиты, ни к компетенции иных разработчиков, помимо Федеральной палаты адвокатов. Дело в том, что в качестве защитников в уголовном судопроизводстве участвуют адвокаты, а в силу п. 2.1 ст. 36 Закона об адвокатской деятельности стандартизация адвокатской профессии отнесена к компетенции ФПА РФ и ее высшего органа – Всероссийского съезда адвокатов, который единственно правомочен утверждать обязательные для всех адвокатов стандарты оказания квалифицированной юридической помощи и другие стандарты адвокатской профессии».

Частично ответ на эту претензию можно найти в реплике Екатерины Хазовой, приведенной в той же статье: «Кроме того, нигде в профессиональном стандарте прямо не указано на обязательность наличия статуса адвоката для участия в уголовном судопроизводстве. Возможно, это связано с тем, что такого статуса в некоторых случаях может не иметь представитель потерпевшего, хотя одним из требований является знание КПЭА».

Совершенно верно. Целью разработчиков профстандарта было отразить задачи штатного юриста компании в том случае, когда ему приходится участвовать в уголовном судопроизводстве. Это может быть не только роль представителя потерпевшего, как справедливо отметила Екатерина Хазова, но и роль представителя гражданского ответчика (ст. 55 УПК), а также защитника, выступающего наряду с адвокатом в порядке части 2 статьи 49 УПК РФ.

Если не получилось выразить это достаточно четко, мы готовы поправить формулировки проекта в рамках процедур доработки, предусмотренных Правилами разработки и утверждения профессиональных стандартов.

Заблуждение пятое: требования к уровню образования

Партнер компании You & Partners Евгения Зусман полагает, что в проекте профстандарта занижены требования к образованию и опыту работы:

«Так, нередко даже для позиции “младший юрист” или “помощник юриста” предъявляется требование либо о неоконченном высшем образовании, либо о наличии диплома юриста (не среднее профессиональное образование, как в стандарте). Стандарт тем временем допускает наем на должности “старший юрист”, “консультант” кандидатов со средним профессиональным образованием при наличии двух лет опыта или со степенью “бакалавр”».

В профессиональном стандарте отражены минимальные требования к образованию, при которых допускается сдача экзамена на соответствие профстандарту. Наличие таких требований совершенно не мешает принимать на работу лиц с образованием как более высокого, так и более низкого уровня. Работодатель решает этот вопрос исключительно по собственному усмотрению. Если работодатель укажет в объявлении о вакансии, что рассматривает только соискателей, закончивших магистратуру, – это его право. Но если он будет готов взять на какую-либо юридическую должность соискателя, имеющего только среднее профессиональное образование и большой опыт работы, – почему нет?

С какой стати мы должны это запрещать или осуждать? Кто вправе говорить, что такие люди не могут быть юристами? Может, нам тогда закрыть юридические колледжи по всей стране, если руководствоваться такой логикой?

…Впрочем, рассуждения о запретах тут просто лишние. Еще раз подчеркнем: какие бы требования к образованию ни устанавливал профстандарт, они никак не ограничивают право работодателя указывать в объявлениях о вакансии иные требования. Требования, прописанные в профстандарте, регулируют лишь то, кто может прийти сдавать экзамен на соответствие определенной квалификации, а кто не может.

Заблуждение шестое: а можно ли в принципе описать в стандарте профессию юриста?

Магистр РШЧП, шеф-редактор журнала РШЧП, советник ЮФ «Авелан» Павел Шефас сомневается в необходимости самого профстандарта:

«По его мнению, второй недостаток проекта документа кроется в отношении к юристу как инструменту или функции и объясняет заведомую безуспешность любых попыток описать работу судебного юриста путем стандартов или формул. «Невозможно “усидеть на двух стульях”, и нужно признаться, что исчерпывающе описать работу можно только какого-то механизма, не способного к инициативе, к действию».

Сходную реплику высказывает и Егор Трезубов:

«Работа юриста в конкретной компании уникальна и должна учитывать специфику деятельности этой организации. Юристов пусть и много, но каждый из нас выполняет свои различные функции, и стандартизировать их в одном документе нельзя».

Профессия юриста действительно сложная и многогранная, в этом уважаемые коллеги правы. Но высказанные ими претензии – это претензии не столько к профстандарту «Юрист», сколько к самой национальной системе оценки квалификаций в целом. Она выделяет два вида профессий: те, для которых профстандарты обязательны, и все остальные, для которых профстандарты факультативны. Юристы относятся именно ко второй группе, этот профстандарт может применяться исключительно по желанию, а не в силу обязанности. Однако эта система не выделяет профессии, которые были бы в принципе исключены из нее.

В такой ситуации мы решили, что для всего профессионального сообщества будет безопаснее разработать и принять профстандарт, основанный на реальных требованиях работодателей, чем оставлять ситуацию в подвешенном состоянии.

Заблуждение седьмое: какие проблемы профстандарт решит, а какие нет

Сразу несколько коллег высказались в том ключе, что сфера применения профстандарта будет крайне ограниченной.

Партнер и руководитель практики «Трудовое право» фирмы INTELLECT Анна Устюшенко:

«В целом скажу, что не вижу данный документ в главной роли при разыгрывании значимых для профессии сценариев. Обязательным с позиции трудового законодательства он не является, а потому он может быть использован как вспомогательный инструмент при составлении должностных инструкций для юристов предприятий, как средство избегать “изобретения велосипеда” там, где это не требуется».

Старший преподаватель кафедры трудового, экологического права и гражданского процесса Юридического института КемГУ Егор Трезубов:

«Проект стандарта, с учетом его рекомендательного характера, можно использовать лишь как источник заимствования клишированных функциональных обязанностей для должностных инструкций в каждом конкретном случае».

Партнер АБ «Яблоков и партнеры» Ярослав Самородов:

«Вместо перечисления миллиона служебных задач и обязанностей можно будет просто сослаться на этот профессиональный стандарт (весь или его часть). Плюс стандарт исключит споры между работником и работодателем о том, что должен делать юрист, а что не должен за установленную зарплату, чтобы не было такой ситуации “это делать буду, а это – не хочу и не буду”».

В статье эти цитаты выглядят как указание на недостаток профстандарта. На самом же деле коллеги совершенно верно перечислили те случаи, ради которых профстандарт и создавался.

Профстандарт – не панацея, не волшебная палочка, он не претендует на то, чтобы решить все проблемы юристов или хотя бы резко улучшить их жизнь. Профстандарт нужен для решения всего одной конкретной задачи в рамках трудовых отношений: охватить наиболее массовый сегмент должностей в юридической профессии и предложить работодателям стандартизированное решение для проверки квалификации этих сотрудников. Вот и все.

Теги:
Автор материала:
Профсоюз адвокатов России - Семь заблуждений юристов о профстандарте
Профсоюз адвокатов России
E-mail: advocat@solidarnost.org
Материалы по теме
Новости Партнеров
Комментарии

Чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь на сайте

Новости BangaNet


Киномеханика