центральная профсоюзная еженедельная газета
электронная версия
12+

Монолог главного редактора

Александр Шершуков

Главный редактор
38  (17/10/2012)

Содержание номера

Специальный репортаж

100 дней забастовки


Ланкийские активисты защищали бесплатное образование “долгим маршем”





6700 километров отделяет Москву от Коломбо, однако там понимаешь, как же наши страны похожи. От времен колонизации острову Цейлон досталось два великих достижения: бесплатные образование и здравоохранение. И то и другое сейчас находится на грани уничтожения. Средняя зарплата в стране - 200 долларов, профсоюзные акции протеста называют политическими, на профлидеров вешают ярлыки “агентов Госдепа, популистов, зарабатывающих имидж, и вообще геев”. И, разумеется, самые высокие зарплаты - у госслужащих.

В темноте, под проливным дождем, я возвращалась на тук-туке, трехколесном мопеде, переделанном под мини-такси, с экскурсии, когда увидела толпу человек в сто - в одинаковых кепках и с каким-то плакатом.

- Что это? - спросила я у водителя.

- Это акция протеста профсоюзов, - ответил он, и я поняла, что отпуск у меня закончился.

ДОРОГОЕ БЕСПЛАТНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ

Ни рассмотреть их, ни остановиться поговорить тогда не получилось, так что всю дорогу я расспрашивала молодого парня, что вез меня в гестхаус - частный мини-отель. Выяснилось, что профсоюзы недовольны уровнем государственного финансирования системы образования и требуют его увеличить с 1,9% от ВВП до 6%. Парень знал о профсоюзной акции немного, но ее поддерживал. По его словам, несмотря на формально полностью бесплатное образование, на деле родители вынуждены много платить. В основном это относится к вспомогательным вещам, без которых, тем не менее, сложно получить качественное образование: учебники, факультативные занятия, школьная форма и прочее. По закону это оплачивает государство, но в России тоже по закону государство много чего должно оплачивать, тем не менее любой родитель школьника вам быстро расскажет, куда уходят тысячи рублей из его кармана.

Школы на Шри-Ланке делятся на государственные, интернациональные и частные, и тут тоже возникают проблемы: сельские школы закрываются из-за “недоукомплектованности” (знакомая проблема, правда?), поэтому детей приходится возить за тридевять земель утром и вечером. Ну а частные школы большинство населения с ежемесячным доходом в 24 тыс. рупий (около 200 долларов) позволить себе не может. Удивительно, но, в отличие от России, престиж учителя, как и его зарплата, на Шри-Ланке очень высоки. Больше всего зарабатывают госслужащие (от 1000 долларов в месяц), на втором месте инженеры (около 800 долларов), а на третьем - преподаватели вузов (около 450 долларов) и учителя (около 350 долларов).

Вернувшись в гестхаус, я полезла в Интернет читать об акции протеста. Выяснилось, что в стране уже несколько месяцев (с 4 июля) идет забастовка преподавателей вузов, организованная Федерацией университетских преподавателей (FUTA) и Международной федерацией студентов (IUSF), солидарность с которыми выразили еще 26 профсоюзов, а также общественные и религиозные организации и политические партии левого толка. Основное их требование - увеличение финансирования образования до 6% ВВП. Именно столько, по словам профсоюзов, рекомендовано ЮНЕСКО тратить на эту сферу. Для сравнения: Россия тратит 4% от ВВП.

Кстати, чтобы было понятно, почему ланкийцы так переживают за свое образование, стоит пояснить, что его качество признано вторым в Азии после Японии! Англичане, помимо фанатичной любви к крикету, оставили бывшей колонии прекрасно налаженную систему образования. До сих пор девочки и мальчики учатся раздельно, а в университеты острова приезжают абитуриенты из многих стран мира. Уровень грамотности составляет 92% от общего числа населения, местные владеют как минимум двумя языками: сингальским (или тамильским) и английским. Обязательное образование длится девять лет (с 5 до 14 лет), затем обучение можно продолжить, отучившись еще два года, после чего поступить в институт.

ДОЛГИЙ МАРШ ПРОТЕСТА

Оказывается, я попала в самую гущу событий: в тот день профсоюзы начали так называемый “долгий марш”: из двух крупных городов Шри-Ланки - Галле и Канди - вышли две колонны протестующих преподавателей. Пять дней они должны были пешком идти до столицы, раздавая листовки, скандируя требования и держа плакаты с основным требованием забастовки, после чего все заканчивалось большим митингом в Коломбо.

Конечно, мне захотелось попасть на митинг, и я с удвоенной силой принялась искать о нем информацию в Интернете - но не нашла. Англоязычные сайты сообщали лишь о том, что он будет. Но где и во сколько? Возможно, об этом писали сингальские СМИ? Я пошла к владельцу гестхауса с этим вопросом. Он отложил газету, выслушал меня и сказал подойти через полчаса. А через полчаса развел руками: государственные СМИ об этом не сообщают, а независимые сайты глушатся правительством, так что в дни перед митингом они недоступны. Мне не оставалось ничего другого, кроме как поехать догонять колонну демонстрантов: благо Галле-роуд является единственной дорогой от нашей курортной деревни до Коломбо.

Сонным утром 28-го сентября, в пятый, финальный день марша, мы выехали из Хиккадувы. Дороги были пусты, такси плавно покачивалось, убаюкивая. Так прошло несколько часов, а потом все завертелось.

Все началось с того, что мы встали в жуткую пробку. Пригород Коломбо - как пригород Москвы: широкая многополосная дорога, непрерывный поток автомобилей, которые сейчас стояли и гудели. Полицейские в белой и бежевой форме отчаянно махали руками, регулируя потоки. Двигался лишь один ряд, и минут через тридцать мы поняли почему: большую часть дороги занимали демонстранты. Все в одинаковых футболках и кепках, оранжевых или черных, с надписью “6%” и названием федерации профсоюзов - FUTA. В руках флажки и плакаты: “Спасти образование” на английском и сингальском. Все молодые, лет до сорока, студентов не видно. Все - преподаватели или активисты других организаций, поддерживающих акцию.

- Тормози! Мне нужно поговорить с ними! - кричу водителю, но тот лишь крутит пальцем у виска и отвечает: “ноу! ноу!”. Остановиться тут - это перекрыть полностью всю проезжую часть, заблокировав тысячи автомобилей за спиной. Мы проезжаем вперед, и таксист все же находит боковую улочку, куда и сворачивает. “Файв минутс!” - кричит он мне в спину - я уже мчусь к демонстрантам, мне надо узнать, когда и где у них митинг.

Смуглые ланкийцы смотрят на меня недоуменно, не понимают, что от них хочет эта белая миссис с фотоаппаратом и диктофоном, но мне все же удается выяснить, что митинг запланирован на три часа дня. Но где? Мы друг друга не можем понять. Разочарованно возвращаюсь к автомобилю, а там меня ждет улыбающийся водитель и тащит к кому-то в оранжевой футболке FUTA. Несмотря на то, что ему не нравится устроенная профсоюзами пробка, он полностью поддерживает их требования.

- Я нашел вам человека, который все расскажет, - поясняет он.

Оказывается, это один из координаторов “долгого марша”, и с английским произношением у него дела получше, так что я не только понимаю, что “ай пад” - это на самом деле “Гайд-парк”, но еще и узнаю мобильный телефон президента Федерации профсоюзов для интервью. Демонстранты тем временем всё идут и идут мимо, их очень много (потом я узнала, что, по профсоюзным данным, протестующих было около 3 тысяч), выкрикивают требования, машины приветственно гудят, играет музыка. Мы благодарим координатора и уезжаем вперед.

В ГАЙД-ПАРКЕ

Я появилась в Гайд-парке заранее, так что наблюдала, как на лужайку перед сценой прибывают демонстранты. Многие садились отдыхать прямо на траву. Перед сценой пустовало два ряда стульев, которые чуть позже заполнили буддийские монахи в оранжевых одеждах. Не удивительно, что они пришли: их наставник является вице-президентом FUTA.

- Я считаю, что нужно спасать образование в нашей стране. Пока оно находится на довольно высоком уровне, но с таким финансированием мы потеряем его, - отвечает на мой вопрос “почему вы здесь” преподаватель английского языка из университета Коломбо. - И мы хотим повышения зарплат. Сейчас мой оклад - 45 тыс. рупий (около 10,5 тыс. рублей. - Ю.Р.). Я считаю, что этого недостаточно для университетского преподавателя и недостаточно для нормальной жизни на Шри-Ланке.

Второе требование профсоюзов - увеличение окладов преподавателей с 1 января 2012 года на 20%, плюс с 1 января 2013 года - еще на 16,67%. Несмотря на то, что зарплаты учителей и преподавателей выше средних по стране, они все равно невелики, и на Шри-Ланке уже началась “утечка мозгов”. Высокообразованные ланкийцы уезжают в другие страны, где зарабатывают намного больше - еще одна знакомая россиянам проблема. В стране начинается нехватка квалифицированных преподавателей.

Поначалу митингующие со мной разговаривали настороженно, но потом я увидела группу молодых ребят в красных футболках с портретом Ленина. “А я из России!” - не смогла я молча пройти мимо. Они на радостях угостили меня мороженым и всячески выказывали восторг. Это услышали окружающие, и вот уже за мной начали бегать представители разных организаций, жаждущие дать мне интервью.

- Мы поддерживаем преподавателей и студентов в их борьбе за свои права, - сказал мне один из лидеров главной оппозиционной партии Шри-Ланки “Объединенная национальная партия” (UNP).

- Вот смотрите, - показал он листовку, написанную на сингальском языке. - Это таблица показывает, сколько процентов от ВВП выделяется на образование в Азиатском регионе. Мальдивы - 8,71%, Непал - 4,72%, Бутан - 4%, Индия - 3%, Пакистан - 2%, и самый низкий процент в Шри-Ланке - 1,9%.

Меня уже тянет за рукав другой ланкиец. Выясняется, что он научный сотрудник университета Коломбо и тоже принимает участие в забастовке. Спрашиваю, есть ли какие-то проблемы у бастующих.

- Да, мы все это время не получаем зарплату, - сокрушается он.

- А есть ли проблемы с начальством? - задаю я вопрос, прикидывая какой прессинг начался бы в России в отношении преподавателей, бастующих уже 2,5 месяца.

- Нет. Все начальство тоже тут, - смеется он.

Но вот начинается митинг. Я не понимаю, что говорят со сцены на местном языке, но вижу, с каким интересом слушают ораторов. Выступления длятся аж три часа, причем последний час говорит тот самый буддийский монах, вице-президент FUTA. Никто не уходит. Наоборот, послушать его останавливаются даже прохожие. Наконец солнце садится и митинг заканчивается бурными аплодисментами. Оргкомитет радостно обнимается, поздравляя друг друга, некоторые падают в ноги монаху, спускающемуся со сцены, видимо, благодарят таким образом Будду за успешное мероприятие, а я прошу президента Федерации профсоюзов Нирмала Девашири уделить мне время.

6% И НЕ МЕНЬШЕ!

На улице очень шумно, и мы идем в офис региональной социалистической партии. Там нас встречают несколько социалистов, портреты Ленина, Маркса, Энгельса и Троцкого и старые, но явно действующие печатные машинки, накрытые красными тряпками.

Девашири рассказывает, что борьба за нормальное финансирование образования началась еще три года назад. Последняя акция профсоюзов закончилась 21 июля 2011 года после договоренностей с Министерством высшего образования, однако затем министерство, по сути, отказалось выполнять эти договоренности, и FUTA возобновила протесты. Правительство говорило, что увеличение финансирования образования и повышение зарплат являются необоснованными требованиями. Профсоюзы, в свою очередь, заявляли, что не прекратят бастовать, пока эти требования не будут выполнены. По мнению профсоюзов, правительство просто не считает образование приоритетом, поэтому его финансирование и снижается (в 2005 году на него тратилось 2,9% ВВП, в 2012 году - 1,9%).

На сайте FUTA есть возможность подписаться под требованием об увеличении финансирования образования. На день написания материала счетчик показывал 5649 человек, к этому стоит прибавить еще 200 тысяч подписей, собранных на бумаге. Так что слова Нирмала об огромной поддержке со стороны общественности не кажутся преувеличением.

Нирмал Девашири производит самое хорошее впечатление: умный, активный, понимающий ситуацию человек и хороший лидер. Позже я нахожу совершенно другую характеристику (привожу выдержки): “В недавнем прошлом он совершил поездку в Осло и в США. Кто обеспечил ему авиабилеты и пребывание за границей?”; “Забастовка FUTA имеет все задатки арабской весны. Но этот парень болван, который не может понять, что тут не Аравия, но Шри-Ланка!”; “Надо сказать, что Нирмал Девашири психически больной человек: он публично высмеивал нашего уважаемого короля Гамини и требовал, чтобы однополые браки были легализованы”. Когда узнаю, что так его охарактеризовал один из министров - уже без удивления пожимаю плечами. Значит, Девашири действительно хорошо работает, значит, задел за больное.

Так что сообщение о том, что правительство все же пошло на переговоры, для меня было ожидаемо. 12 октября были достигнуты определенные договоренности, и, хотя профсоюзы ими не особо удовлетворены, они все же закончат акции протеста. FUTA опубликовала сообщение, что правительство приняло принципиальное решение выделять больше средств на образование, а также начать решать проблему найма и удержания квалифицированного персонала, в частности путем увеличения заработной платы.

Не удовлетворена FUTA тем, что закрепленные договоренности лишены конкретных обязательств: правительство не выработало “дорожную карту” того, как планируется увеличивать ассигнования на образование, не принято решение, на сколько и когда будет увеличена зарплата преподавателей.

“Похоже, что правительство не желает на данном этапе предоставить конкретные решения вопросов, которые мы подняли, - сообщается на официальном сайте FUTA. - Мы будем продолжать следить за тем, какие меры предпримет правительство для выполнения договоренностей, и оставляем за собой право принять соответствующие профсоюзные меры, если эти договоренности не будут выполнены.”

Лично я этим словам верю на 100% и не сомневаюсь, что если понадобится - ланкийские профсоюзы поднимут немало народу. Получится ли подобное у российских профсоюзов? Хочется верить, что в этом мы тоже похожи...

Юлия РЫЖЕНКОВА

Фото автора

2012-10-17 13:44:06


Комментарии: