Top.Mail.Ru
Свободное время

Не просто кошки

С 1992 года в Москве существует уникальный театр, артистов которого звали на гастроли во многие страны мира. Они выступали в США и Японии, на Кубе и в Великобритании. На Бродвее на их спектакли нельзя было достать лишний билет. Возможно, потому, что все артисты этого театра - самые загадочные и красивые животные на свете - кошки.


Здание театра совсем небольшое, а желающих попасть на спектакль много. И только отстояв очередь в кассу и предъявив редакционные удостоверения, мы получаем заветную контрамарку. В холле перед зрительным залом полным-полно малышей с родителями. Кто-то разглядывает многочисленные фигурки кошек и картинки на стенах, кто-то старательно рассыпает купленный мамой попкорн по подоконнику, кто-то разгадывает загадки, которые задает хитрый клоун...


ШОУКЭТС

Но вот наконец третий звонок, и нас запускают в зал. Уютный прямоугольный зал, человек на двести, моментально заполняется людьми. Маленькие зрители бегом занимают места, ведь сейчас начнется один из самых известных спектаклей “Олимпиада кота Бориса”.

Крупный полосатый кот - настоящая телезвезда. Рекламу корма с его участием, наверное, видел каждый. Так что спектакль пользуется в театре неизменной популярностью.

В течение следующих полутора часов перед нами разворачивается захватывающее действие: кошки прыгают, катаются на скейтах и автомобилях, ходят на задних лапах, делают сальто и прочие изумительные трюки.

Задор от спектакля настолько силен, что когда настает время подбадривать кота Бориса (на фото) в его борьбе за первое место, то взрослые вместе с детьми громко скандируют: “Бо-рис! Бо-рис!” А уж когда клоуны выкатили в зал огромные надувные мячи, то кажется, кидались ими исключительно “впавшие в детство” родители.

После мы пробираемся вслед за менеджером Александром в маленькую комнату отдыха, чтобы расспросить обо всем того волшебника, который уговорил эти свободолюбивые создания играть в своих спектаклях. О кошках, мышках, добре, мечтах и планах на будущее с нами беседовал сын первого и единственного в мире дрессировщика кошек, клоун, актер и режиссер Дмитрий Куклачев.


ПРОШЛОЕ


- Дмитрий, как получилось, что ваш отец стал дрессировать именно кошек?


- Слово “дрессировка” для кошки немного не подходит. Потому что дрессировка - это подчинение животного своей воле. Заставить кошку делать что-то против ее воли невозможно. Поэтому у нас все наоборот - кошка подчиняет нас своей воле. То, что мы делаем на сцене, опровергает веками сложившееся мнение, что работать с кошками невозможно. Мы в своем коллективе доказываем, что доброе, хорошее отношение к животным творит настоящие чудеса.


- Так как вообще появились первые “кошачьи” номера?

- Много-много лет назад, когда папа окончил цирковое училище, он, молодой артист, поехал работать в цирк, где был таким же клоуном, как и все остальные. Однажды вечером по дороге из цирка он нашел на улице маленького котенка и взял его домой. Так состоялось его первое знакомство с кошками. Кот Кутька, можно сказать, был его звездным котом, как у меня сейчас кот Борис. Кутька сам придумывал отцу номера, с которым они стали выступать. Например, популярный номер “Кот и повар”. Папа пришел домой, видит, кот спит в кастрюле. Он его оттуда вытащил, а кот там так пригрелся, что, когда отец отвернулся, залез обратно в кастрюлю. С этого все и началось. Когда папа попробовал номер на манеже, то имел огромный успех. После этого у него появилось две кошки, потом три, четыре, пять... Долгое время у нас было всего восемь - десять животных. А сейчас в театре живут и выступают ровно 150 кошек-артистов. Есть еще кошка - домоправительница Оксана, она везде ходит и мышей вылавливает. Дом старый, “сталинский”, поэтому они невзначай, но появляются.


- А почему вы сами выбрали такую профессию?

- Я все свое детство провел вместе с кошками. Вырос рядом с ними. Они всегда были неотъемлемой частью моей жизни, не только на работе, в театре, но и дома. И когда окончил школу, у меня даже не возникло такого вопроса - кем стать. Я точно знал, что буду клоуном. А к моменту окончания циркового училища у меня был уже приличный опыт. Я тогда уже несколько лет как выступал с папой и, конечно же, с кошками. Теперь, после восьми лет работы артистом, я понял, что мне хочется чего-то большего. Пошел в ГИТИС и окончил его как режиссер. Сегодня я сам ставлю спектакли, в которых принимаю участие непосредственно как актер.


- Когда вы были маленьким, вы ходили на спектакли к отцу как зритель?

- Всегда ходил, мне очень нравилось. У него был очень трогательный номер “Кукла”. Он выходил с небольшой куколкой (помню, я ее все нянчил за кулисами), вставал в стойку на руках, потом у нее на голове делал всякие упражнения, потом она уезжала со сцены, и оставался маленький платочек. Он этот платочек брал, грустил и делал из этого платочка другую маленькую куколку. Когда он ее сделал: ручки, ножки, голову - поднимал вверх, и в этот момент зажигался свет во всем цирке. Такая несложная, с одной стороны, реприза, но она очень запоминалась. Потом, дома, я приходил, брал кусок материи и думал: как же он куклу из нее делает? После папа показал как.


- Вы сами думаете сейчас сделать этот номер?

- Может быть, да, но немного в другом качестве. У нас готовится новый спектакль, думаю, что этот номер может хорошо туда подойти. Но дело в том, что есть специфика театра и цирка, и этот номер для театра не очень подходит.


- У вас в детстве, еще до училища, были какие-то попытки дрессировать кошек?

- Ну, скорей наоборот. Был случай, когда мне было года четыре. Мама на кухне пекла блины, а рядом на табуретке сидела кошка Стрелка. Я же маленький, вижу на столе блины, подошел, хотел взять грязной, немытой рукой. И в этот момент получил удар лапой по руке. Стрелка сказала: “Нельзя”. Это и был мой первый урок дрессировки, где кошка дрессировала меня.


НАСТОЯЩЕЕ


- 150 кошек в театре - это немало. Откуда они все появились?


- По-разному. Раньше кошек нам приносили. Сегодня мы берем их из приютов. Есть и “потомственные артисты”, родившиеся здесь, в театре. У кота Бориса в этом году родились тридцать котят. Из них четверо остались в театре.


- А куда делись остальные?

- Раздали. Есть у нас опыт пристраивания котят. В том числе - корреспондентам. Вот одного котенка кота Бегемота (того самого, сыгравшего одноименного персонажа в телесериале “Мастер и Маргарита”) пристроили в газету “Жизнь”.


- Борис, Бегемот - необычные имена для котов. Как вообще у ваших артистов появляются имена?

- Боря из приюта такой пришел. Все почему-то тогда думали, что мы его назвали в честь Бориса Николаевича Ельцина. Но на самом деле он уже был Борисом. Очень часто кошки сами “придумывают” себе имена. У нас есть кот Чумазик. Он черно-серый, как будто испачкался весь. Есть кот Носик, потому что он носом все открывает: двери, клетки, коробки. Кот Хвостик весь черный, а на хвосте у него белый кончик.


- Вы знаете наизусть все их имена?

- И не только имена. Я помню характер, повадки каждого, кого как правильно взять, погладить. Это на самом деле не так сложно, когда живешь с ними, общаешься, занимаешься.


- И как все это “кошачье общество” уживается?

- Обычно. Они ведь - как люди, и ссорятся, и мирятся. Всякое бывает. Они у нас живут в комнатах, стараемся в каждую комнату подбирать жильцов по характеру, чтобы вместе им было хорошо. Поэтому батальных сцен не бывает.


- А кормите артистов чем?

- Всех по-разному. У нас в меню более тринадцати кормов. От элитных сухих до самых банальных, которые едят все обычные кошки. Более того, у нас натуральные продукты есть: вареная индейка, курица.


- Дмитрий, сейчас популярные артисты часто снимаются в кино, в рекламе. Кто из ваших животных появлялся на экране?

- Многие. Кот Борис снимался в рекламе кошачьего корма. Кошка Марта - белая такая, пушистая - в рекламе наполнителя для лотков. Кот Яник - в рекламе лекарства от аллергии. (Это та, где женщина открывает дверь, а там стоит рыжий кот и держит апельсины и букет цветов.) Практически все животные, которые сейчас участвуют в кино и рекламе, наши.


- Как у вас рождаются идеи новых номеров?

- Здесь режиссерская работа немного отличается от работы с актерами. Конечно, есть какие-то изначальные сценарии. Но дело в том, что кошки такие животные, под которых все пишется. Мы прежде всего наблюдаем, наблюдаем и наблюдаем. А животные нам сами подсказывают. И из наблюдений рождается какой-то новый трюк или целый номер. Поэтому сказать: вот ты будешь сегодня бегать, а потом оттуда прыгнешь, - не получится.


- В спектакле, который мы видели, кроме кошек участвует еще и пес. Как получилось, что в Театре Кошек появились собаки?

- Собаки были еще у папы. Сначала была собачка Крокодил, она очень дружила с кошками. Сегодня у нас четыре собачки. Есть тематический “деревенский” спектакль “Мои любимые кошки”, и там участвуют еще два петушка и поросенок.


- Были какие-то курьезные моменты, связанные с вашими артистами?

- Были, конечно. Например, у нас в одном из спектаклей кот Борис прыгает через барьеры. Один раз они, видимо, стояли очень близко к зрителю. Кот, выскочив на сцену, был ослеплен светом и, вместо того чтобы перепрыгивать через барьеры, споткнулся о край сцены и спрыгнул в зал. Видимо он не сразу понял, где оказался, и побежал через центральный проход к двери в фойе. Все зрители закричали: как же, кот сбежал! Боря добежал практически до конца, потом понял, что он что-то не то делает, увидел сцену, меня, развернулся и через головы, спины, ноги зрителей запрыгнул на сцену и сделал свой трюк. После спектакля ко мне подошла журналистка и попросила рассказать, как я научил кота убегать в зал и возвращаться. Я ответил: все просто - годы тренировок. (Улыбается.) У нас на спектакле очень многое отдано импровизации - никогда не знаешь, что произойдет в следующий момент. Я только могу предполагать. Поэтому всегда именно человеку надо подстраиваться под животное на сцене.


- Трудно ли такую необычную труппу вывезти на гастроли?

- Не все ведь ездят. Если мы едем на поезде, то берем целый вагон: четыре купе, где едут только кошки, и четыре купе для персонала, который за ними ухаживает, для артистов. В Японию и США летаем на самолете, для этого есть специальные клетки-переноски. Потом еще неделю отводим на адаптацию. Для животных смена климата и часовых поясов - это очень серьезно. Но наши кошки уже опытные путешественники, и переезды они переносят нормально. К тому же для гастролей мы стараемся отбирать животных, которые изначально спокойно себя ведут при переездах. Потому что если животное нервничает, волнуется, оно, естественно, не будет выступать после трех-четырехчасового переезда на том же автобусе.


- Еще о самочувствии - кто в театре следит за здоровьем животных?

- У нас четыре ветеринара, которые наблюдают зверей, и еще десять женщин, которые непосредственно ухаживают за кошками. Есть также специальные администраторы, которые заказывают корма, холодильники, в общем, что нужно.


- Расскажите о своих гастролях.

- Гастролируем мы много, хотя сейчас намного меньше, чем раньше. Потому что сейчас театр у нас государственный, и мы стараемся работать все время в Москве. Чтобы он ни дня не оставался пустым. Если папа на гастролях - я в Москве, и наоборот. Сейчас стараемся ездить на гастроли в основном по России, не больше 10 - 14 дней. Раз в месяц у нас обязательно бывают такие выезды. В праздники, особенно новогодние и на каникулах, стараемся оставаться в Москве. За границу почти не ездим, потому что такой выезд становится очень дорогостоящим. И требования к принимающей стороне у нас очень серьезные. Единственно куда мы ездим - это Япония, потому что кошек они там просто боготворят. Для них кошка - священное животное. У японцев отношение к животным совершенно другое. Им не надо говорить, что нам требуется пять комнат, специально оборудованных, со специальными домиками, где бы кошки могли бы лазить, хорошо себя чувствовать. Все это уже сделано, чтобы кошки приехали, разместились и чувствовали себя хорошо. Мы еще нигде не видели такого отношения, как там.


- А где вы с театром еще были?

- Вообще объехали практически весь мир, Европу, Америку, Англию. На Бродвее папа работал целый год. Сейчас зовут поехать в Австралию, в Южную Корею, но мы пока думаем.


- У вас самого дома кошки живут?

- Две. Но я, наверное, буду перевозить их в театр, потому что дома на них времени совсем не хватает. То есть придешь, погладишь, и все, а животным надо заниматься. Они довольно талантливые, в них есть потенциал. Думаю, что они будут артистами.


- Какие из трюков, которые выполняют ваши кошки, самые сложные?

- Самый сложный трюк - это их естественность. Когда кошка выходит на сцену и начинает делать то, чему нельзя не то что научить - даже нельзя предсказать. Допустим, Борис выходит на сцену, у него ритуал - он должен почесать когти об сцену. Если он этого не сделал - все, он ничего не будет делать. Кот Пьер обязательно должен поваляться на спине. Кот Филя, когда ходит “змейку” между ног, обязательно в середине останавливается и смотрит в зал. Почему? Что он там видит? Но ведь смотрит! Значит, что-то видит. Когда животные чувствуют, что они выступают, что они артисты, - это и есть то самое сложное, чему невозможно научить.


- Кошка - животное мистическое, с которым связано много суеверий, легенд. Были ли у вас какие-то особые, может, мистические моменты в жизни, связанные с кошками?

- Да, в Японии кошки нас спасли от землетрясения. Они за пятнадцать минут до начала землетрясения стали вести себя неадекватно: кто-то стал бросаться на дверь, кто-то стал вести себя агрессивно, кто-то, наоборот, обмяк. Мы спросили переводчика, почему кошки себя так ведут. Он ответил, что это знак, будет землетрясение. Мы тут же всех кошек похватали, выбежали на улицу, и буквально через десять минут тряхануло. Такие вещи случаются, и кошки являются барометрами землетрясений. Мы хорошо знаем всех своих зверей, их характер, повадки, и когда они начинают себя вести неадекватно, сразу начинаешь соображать, что что-то случилось.


- Откуда вообще взялась такая идея - создать свой кошачий театр?

- С 1990 года, когда папу выгнали из цирка - за то, что он создал одно из первых коммерческое предприятий и вывез программу из 150 человек на гастроли в Израиль. Нашим животным тогда просто негде было жить. Мэром Москвы в тот момент был Станкевич, папа пришел к нему и попросил помещение. Станкевич сказал ему: выбирай любой кинотеатр. Папа сначала хотел взять большой, но потом передумал и выбрал маленький кинотеатр “Призыв”. Уже восемнадцать лет это наш театр.


- Сколько времени ушло на то, чтобы здесь все переоборудовать?

- Времени и сил потрачено очень много. Как говорят, ремонт можно только приостановить, закончить его невозможно. Поэтому здесь все время что-то ремонтируется, строится, оборудуется. Сегодня, например, очень серьезными стали пожарные требования. А еще - за долгие годы мы никому ни одного метра не сдали в аренду, несмотря на то, что предложений было много. (Театр Кошек находится на Кутузовском проспекте. - Прим. авт.)


- Честно говоря, сразу обратили на себя внимание деревянные резные двери, с ручками в виде котов. Откуда они у вас взялись?

- Эти двери сделал папин знакомый скульптор Владимир. Он сам из Белоруссии. Они очень долго дружили. Папа пригласил его к нам в театр. И он за четыре месяца сделал эти двери, “кошачьи” ручки. Хотели все сделать из дерева, но в это время произошел дефолт, и от этой идеи отказались, потому что оказалось очень дорого.


БУДУЩЕЕ


- У каждого режиссера есть спектакль-мечта. У вас есть?


- У меня все мечты связаны с кошками. Хочется поставить спектакль практически без участия человека. Уже есть название - “Только кошки”. Он будет о взаимоотношениях кошки и кота. Это очень сложно, потому что поставить движения кошкам практически невозможно. Поэтому люди будут, но они будут спрятаны за кулисами, за занавесами. А на сцене визуально будут только животные, которые будут играть. Мы хотим, чтобы там участвовал практически весь наш состав, около ста кошек. Сценарий уже почти закончен, но постановка займет много времени. Даже не год, может быть, два-три года.


- Какой спектакль сейчас у вас самый “кошковый”?

- “Олимпиада кота Бориса”. Он очень насыщенный, сделан мной как шоу. Там нет особой режиссерской линии, идеи, которая должна быть, но зато есть интрига победы, и дети ее очень точно воспринимают, поэтому за Бориса все болеют. И этого хорошо, потому что говорит о том, что все удачно получилось.


- Дмитрий, каковы ваши планы на будущее?

- Прежде всего - закончить спектакль “Ледяная фантазия”. Я считаю, что он очень сложный. И для того, чтобы он встал и был таким, каким я его задумал, его надо как минимум годик проработать, чтобы он шел уже как по рельсам. Пока что в голове он один, на репетиции - другой, а на премьере он третий. И это все надо совместить, чтобы получилось то, что ты задумал. Еще я начинаю писать книгу, которая будет называться “Кошачий альманах”. Там будут и советы, как ухаживать за животными, и разные интересные факты из их жизни. На осень планируется премьера спектакля по мотивам “Двенадцати стульев”. И наконец, мне предложили сняться в главной роли в художественном фильме. Это будет роль капитана в лирической комедии.


- Кошки в фильме будут?

- Думаю, что да. У каждого капитана есть попугай на плече. У нас будет на плече сидеть кот.

Елена БЕЛЛИС
Фото Николая ФЕДОРОВА
Читайте нас в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе последних событий
Комментарии

Чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь на сайте



Новости СМИ2


Киномеханика