Статьи
2
Богатые и бедные, диссиденты и верноподданные

Как распространение эпидемии связано с зарплатой и доверием к властям

Богатые и бедные, диссиденты и верноподданные

Фото: Николай Федоров / архив "Солидарности"

То, что пандемия имеет социально-экономические последствия, уже знает каждый. Однако имеет ли распространение вируса и смертность от него социально-экономические причины? Ученые исследовали связь между неравенством в доходах и социальными связями внутри общества, с одной стороны, и эпидемической ситуацией - с другой. Мы представляем общую картину результатов этих исследований.

ПИОНЕРЫ

Самый доступный для анализа период пандемии - начальный. В сущности, только его сейчас можно рассматривать изолированно. А без более-менее точного знания о том, как все начиналось, не имеет смысла и говорить обо всем дальнейшем. Так что исследования сосредоточиваются на том, как начиналась пандемия COVID-19.

Одно из первых провели ученые-врачи из Лос-Анджелеса и Бостона Карлос Ирвин Оронсе, Кристофер Сканнелл, Ичиро Карачи и Юсуке Цугава (руководитель исследования). Их заинтересовала связь между неравенством в доходах и распространением коронавируса в США. В их руках были данные об индексе неравенства в доходах и статистика распространения вируса с 22 января по 13 апреля 2020 года.

Методология исследования была проста. Индекс неравенства в доходах располагается на шкале от 0 до 1, где 0 - это абсолютное равенство (у каждого члена общества одинаковый доход), а 1 - абсолютное неравенство, при котором один человек имеет весь доход (так называемый Gini index). Его откладывали по оси X, а количество заражений на 100 тыс. человек (для удобства - логарифмированное) - по оси Y. Каждый штат занимал свое место на координатной плоскости. Был построен и второй график - с данными о смертности от коронавируса.

Картина получилась показательная: все штаты сформировали облако, которое тянулось по диагонали вверх - то есть говорило о прямой зависимости. Ближе к краям облако, разумеется, теряло плотность: статистические погрешности неизбежны. Если бы теперь корреляция равнялась единице, все штаты выстроились бы в струнку, а такого в социальных науках не бывает. Однако картина весьма наглядна и позволяет брать данные этого исследования в расчет, что и сделали ученые.

Вывод: распространение и смертность от коронавируса напрямую зависят от степени неравенства в доходах на рассматриваемой территории.

ОСОБЕННОСТИ МЕТОДА

Тут важно уточнить несколько деталей. Во-первых, речь идет об уровне неравенства в доходах, а не об уровне доходов как таковом. Например, штат Нью-Йорк на тот момент оказался дальше всех от нуля на этом графике по обоим показателям, хотя по среднему доходу он на 15-м месте (за 2018 год). Дело в том, что в одноименном городе соседствуют финансовые воротилы и бомжи. А вот мормонская Юта, наоборот, ближе всех к равенству, но по среднему доходу соседствует с Нью-Йорком - она на 13-м месте.

Это исследование - обезличенное, то есть оно ничего не говорит о том, как личный уровень дохода каждого связан с шансами заразиться и умереть от коронавируса. Рассматриваются социальные показатели в целом в период начала распространения болезни. Дальше картина начинает меняться: в игру вступают другие факторы, которые еще предстоит проанализировать.

Научая этика и узкая специализация исследования не позволяют авторам говорить утвердительно. Так что они предполагают, что такие социально-экономические факторы, как неравенство в доходах, объясняют, почему одни регионы США оказались подвержены более широкому распространению болезни, чем другие.

Исследование небезгрешно с точки зрения статистики. Авторы напоминают, что смерти от коронавируса могут способствовать и другие заболевания. Особенно это характерно для группы риска (старше 65 лет), которая далека от того, чтобы иллюстрировать “чистую” смертность от коронавируса. Скорее, эта группа риска репрезентативна для другого показателя - общего уровня здоровья, качества жизни и оказываемой медицинской помощи в зависимости от уровня неравенства в доходах. Тем не менее исследователи не исключают пожилых из анализа.

ПОПЫТКА ОПРОВЕРЖЕНИЯ

А может, авторы неправы и все дело в плотности населения? Соблазнительно предположить, что наиболее густонаселенные штаты, с развитой инфраструктурой и высокой экономической активностью, одновременно дают более высокие показатели и неравенства, и распространения вируса.

Пустынные, горные и сельскохозяйственные регионы, где плотность населения невысока, такие как Северная Дакота, Орегон, Айдахо, Канзас, Небраска, Вайоминг, лежат совсем недалеко от прямой среднего распределения (Вайоминг и вовсе на ней). Равно как и такие разные штаты, как Джорджия и Невада.

Рядом на графике оказываются и такие штаты, как Нью-Мексико и Калифорния, хотя по плотности населения родина Голливуда и технокорпораций превосходит Нью-Мексико почти в 15 раз. В Калифорнии куда больше крупных городов, где плотно проживают и наиболее уязвимые категории - низкооплачиваемые рабочие из числа латиноамериканцев и чернокожих.

ДАЛЕЕ - ВЕСЬ МИР

Второе исследование, опубликованное в сентябре 2020 года, несколько расширяет социальные факторы, которые могут влиять на распространение инфекции и смертность. Фрэнк Элгар, Анна Стефанияк и Майкл Воль (руководитель) связывают распространение COVID-19 не только с экономическим неравенством, а еще и с тем, что в совокупности называют социальным капиталом. Это четыре показателя: доверие внутри общества, групповые связи в обществе, гражданская ответственность и доверие к социальным институтам.

Эта группа ученых принимает во внимание исследования предшественников, в том числе группы Цугавы, но их география значительно шире - 84 страны, среди которых и Россия, 86% населения Земли. Вероятно, это первое исследование, в котором выявляется, как межнациональные различия в смертности от коронавируса зависят от неравенства в доходах.

Для каждой страны исследователи взяли период 30 дней с момента первой подтвержденной смерти. Их интересовало, как быстро растет количество смертей. Для этого ученые подсчитали среднее количество дней, за которое предыдущее количество смертей удваивается.

Оказалось, что нынешняя пандемия демонстрирует те же шаблоны, которые были отмечены в исследованиях связи социально-экономического неравенства и смертности от гриппа H1N1, пандемия которого имела место в 2009 году. Факторы влияния, по сути, те же - разные риск заражения и восприимчивость, разная степень доступности системы здравоохранения. “Мы делаем вывод, что различия в смертности между странами связаны с экономическим и социальным разделением внутри этих стран”, - сказано в конце статьи об исследовании.

С помощью различных статистических инструментов исследователи придали научное значение тому, что мы наблюдали на интуитивном уровне: смертность от коронавируса связана с численностью населения, уровнем национального богатства и отношением численности пожилого населения к общей его численности. Однако авторы не ломились в открытую дверь, и не это главное в их статье.

Кстати, еще в самых ранних, мартовских, прогнозах распространения коронавируса звучали предупреждения, что наиболее широкое распространение заболевание получит в странах с очень низким уровнем социальной и финансовой защиты низкооплачиваемых работников. (В качестве примера приводилась Индия - нынешняя ситуация в стране известна: второе место по количеству случаев, между США и Бразилией, которые тоже не являют собой пример социального равенства и защиты уязвимых.)

ГЛАВНОЕ

Исследование того, как соотносятся уровень смертности и различные слагаемые социального капитала, показало неравномерную взаимосвязь. Так, зависимость уровня смертности от уровня социального доверия и гражданской ответственности была замечена, а вот от групповых связей в обществе и доверия к социальным институтам - поначалу нет. Но при поправке на возраст подтвердилась и гипотеза о влиянии этих показателей.

Самое главное: ученые еще раз подтвердили прямую связь между смертностью от коронавируса и неравенством в доходах. А также обнаружили, что уровень смертности обратно пропорционален уровню гражданской ответственности и доверию к социальным институтам и прямо пропорционален тому, насколько тесны групповые связи в обществе и насколько велико доверие внутри социальных групп.

Обнаруженная обратная зависимость смертности от уровня доверия к государственным учреждениям согласуется с исследованиями предыдущих эпидемий SARS и H1N1. Она может быть интерпретирована более детально с помощью четырех слагаемых социального капитала. Что не лишено смысла, поскольку эти слагаемые описывают отношения в обществе, протекающие как в горизонтальной плоскости (внутри и между группами), так и в вертикальной (между гражданами и их группами с одной стороны и государственными институтами - с другой). Причем обнаружение такой зависимости имеет ценность еще и в прогнозировании отклика общества на предстоящую вакцинацию, когда вакцина будет готова.

ДЕТАЛИ

На данный момент известно, что низкий уровень связи общества по вертикали - отсутствие доверия к государству, “корона-диссидентство” - негативно сказывается на эпидемической ситуации. В то время как высокий уровень развития социального капитала, основанного на гражданской активности и ответственности, согласуется с положительными данными по общей картине здоровья - Фрэнк Элгар показывал это и в более ранних своих исследованиях. Гражданское самосознание приносит свои плоды, когда общество сталкивается с общей угрозой и когда необходимо принести в жертву часть личной свободы ради общего блага.

Неожиданным оказалось то, что ценные в эволюционном плане тесные групповые связи и доверие внутри общества и отдельных групп оказались противопоставлены двум другим слагаемым социального капитала. Обычно эти два показателя оказывают положительное влияние на здоровье и благополучие - то есть когда ситуация развивается в “штатном режиме”. Однако они же, если доверять результатам исследования, сопутствуют росту заболеваемости в ситуации эпидемии.

Авторы связывают это с тем, что в обществе, где доверие внутри сплоченных групп превалирует над доверием к центральной власти и уменьшает гражданскую ответственность перед обществом в целом, могут с легкостью распространяться всевозможные слухи и дезинформация, например о серьезности COVID-19, его лечении и последствиях, а также пренебрежительное отношение к правилам социального дистанцирования и индивидуальной защиты, а то и вовсе всевозможные теории заговора.

Конечно, нужна более детальная разработка того, как социальный капитал в общем и в частности влияет на распространение инфекции и смертность, а также какие дополнительные обстоятельства в большей или меньшей степени играют в этом роль.

И СНОВА О ДОХОДАХ

Различия в доходах внутри общества указывают, в частности, на неравенство в здоровье в различных социально-экономических группах. В контексте пандемии это усугубляется структурным неравенством условий труда и жизни. Во многих странах - уже вне зависимости от уровня благосостояния - люди с более низкой зарплатой были представлены среди “основных работников”, то есть тех, кто во время всеобщего карантина продолжал трудиться. Курьеры, работники розничной торговли, общественного транспорта и, конечно, здравоохранения подвергались наибольшему риску заразиться, поскольку им труднее соблюдать социальное дистанцирование и вовсе невозможно уйти на самоизоляцию.

Не стоит забывать, что в этом исследовании речь тоже идет об экономически наиболее неравноправных странах, а не о самых бедных. В этом контексте большая подверженность бедных риску заражения, ограниченный доступ к здравоохранению и уже существующие “недолеченные” и запущенные проблемы со здоровьем (опять же имеющие и экономические причины) - все это объясняет более высокую смертность от COVID-19 на начальном этапе распространения пандемии именно в странах с высокой разницей доходов среди населения.

ОТКЛИК

Мартин Линдстрем из Лундского университета (Швеция) предостерегает от соблазнительного желания говорить в будущем о социально-экономическом влиянии на распространение любых заболеваний. В качестве примера он приводит оспу и туберкулез. Распространение последнего, как не раз было доказано, тесно связано с условиями жизни, питанием и привычками, в то время как оспа убивала, не глядя на социально-экономический статус жертвы.

Линдстрем критически отзывается о стратегии шведского правительства, которое ввело слабые ограничения и не остановило работу предприятий, полагаясь на высокую индивидуальную ответственность каждого. Эпидемическая ситуация развивалась не по тому сценарию, на который рассчитывали шведские власти. Более высокая заболеваемость и смертность были выявлены, по данным Линдстрема, именно в группах с низким социально-экономическим статусом, включая этнические меньшинства, что согласуется с результатами исследования группы Воля.

“В нашей выборке в странах с наибольшим неравенством в доходах населения уровень смертности от COVID-19 на 25% выше, чем в странах с наименьшим неравенством”, - пишут ученые.

А ДАЛЬШЕ ЧТО?

В своей статье для Международного валютного фонда Джозеф Стиглиц, профессор Колумбийского университета и лауреат Нобелевской премии по экономике, приводит две страны: Соединенные Штаты и Новую Зеландию. США, в качестве отрицательного примера, показывают, как социальное неравенство приводит к широкому распространению инфекции. А Новая Зеландия служит для ученого примером идеальной после пандемии экономики - основанной на научных знаниях и опыте, преследующей цели построения в обществе равенства, доверия и солидарности, а также ориентированной на заботу об окружающей среде.

Нет смысла тешить себя утопией - мир после COVID-19 вполне может продолжить усугублять неравенство, если правительства останутся безучастны, пишет Стиглиц. Экономические последствия, по его мнению, могут и не исчерпываться существующим неравенством: вирус быстро не исчезнет, определенные товары, услуги и производства могут рассматриваться в будущем как более рискованные, а значит, и более дорогостоящие. Это может привести к дальнейшему распространению автоматизации, особенно в сфере услуг, следовательно, спрос на определенные виды деятельности упадет, усиливая уже существующее неравенство.

Среди негативных факторов, приведших к существующему неравенству, Стиглиц называет ослабление ограничений корпоративной власти, сведение к минимуму переговорных позиций рабочих, разрушение системы правил, регулирующих эксплуатацию потребителей, заемщиков, студентов и рабочих.

Пандемия не будет взята под контроль до тех пор, пока этот контроль не будет повсеместным. То же касается и экономического спада. Поэтому помощь развивающимся странам и странам с формирующимся рынком - это равно вопрос и личных интересов и гуманитарных соображений более развитых стран. В противном случае, вероятно, мировую экономику впереди ждет серия долговых кризисов. И именно потому, что бедные страны, страны с развивающимся рынком не смогут обслуживать свой долг на фоне спада экономики.

Автор материала:
Камиль Айсин - Богатые и бедные, диссиденты и верноподданные
Камиль Айсин
E-mail: aysinkn@gmail.com
Читайте нас в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе последних событий
Новости Партнеров
Комментарии

Чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь на сайте

Александр.
18:25 от 19.11.2020
Изображение

Вторая волна в КНР
Александр.
18:25 от 19.11.2020
Пандёмия в Японии
https://im0-tub-ru.yandex.net/i?id=adb13a4f726dfa2ea464cd294c5adc91-l&n=13
Пандёмия в Швеции
https://novayagazeta.ru/articles/2020/09/16/87123-anders-tegnell-pandemiya-ne-konchitsya-ona-budet-gde-to-ryadom
Вторая волна в КНР
https://youtu.be/nIMnefFonOM#t=32m
"К моменту того, когда проводится тестирование в Циндао, когда за найденные случаи снимается с поста начальник комитета здравоохранения 10-миллионного мегаполиса, это недвусмысленный сигнал, что отношение к эпидемии и те группы лиц, которые поддерживали эту эпидемию, они будут, скажем так, против них будут определённые меры предприняты... "

Там нет ковидных - нет и второй волны, нет и второго локдауна.
В РФ - наоборот.
Для добавления комментариев вам необходимо авторизоваться
Новости BangaNet


Киномеханика