Политика

“Цветные революции”:

цивилизованный выбор или политический спектакль?

Приближается годовщина президентских выборов на Украине, которые, как известно, переросли в “оранжевую революцию”. События на майдане Незалежности (площади Независимости) ясно показали всю бессмысленность рассуждений прежней власти на тему “Украина - не Грузия”. Итог оказался аналогичным. Думается, что нам, вопреки печальной национальной традиции, надо хотя бы на этот раз сделать выводы из чужих ошибок. Да и разве чужой для русских народ Украины? Технология проведения “цветных революций” проанализирована в недавно вышедшей книге “Экспорт революции. Ющенко, Саакашвили...”. Сегодня на эту тему мы беседуем с одним из ее авторов - известным российским политологом Сергеем КАРА-МУРЗОЙ.

НОВОЙ ЭПОХЕ - НОВЫЕ РЕВОЛЮЦИИ


- Сергей Георгиевич, почему события в Грузии и на Украине называют “оранжевой революцией”, а не именуют просто “революцией” или “антиконституционным переворотом”?

- Победа “оранжевой революции” и любой другой “цветной революции” резко меняет судьбу страны. Переворот же предполагает верхушечную замену одной группировки на другую, а не смену пути развития. Напротив, под революцией мы понимаем такое изменение государственности, которое как раз задает новую траекторию развитию страны. В этом смысле события, произошедшие в Югославии, Грузии и на Украине, вполне тянут на статус революции.

Слово “оранжевая” добавляется для того, чтобы указать на новую технологию захвата власти. Прежде революции предполагали деятельное участие сознательного авангарда, за которым идут народные массы. Революционный авангард имел свои цели и свой проект. “Оранжевые революции” наглядно показали, что в наше время изменить тип государственности можно и без предъявления такого проекта. Вместо него людям навязывается политический миф, который интерпретирует реальность и создает иллюзию ясности. Как правило, конструируя такой миф, политтехнологи создают образ “сил Добра” и “сил Зла”. Например, из речей Виктора Ющенко и Юлии Тимошенко, звучавших в конце прошлого года, нельзя было составить никакого связного образа того жизнеустройства, которое они предлагают народу Украины. Вместо проекта был предложен миф о борьбе оппозиции с коррумпированной властью. Людей убеждали, что Ющенко - сила Добра, а Виктор Янукович - сила Зла. А затем был проведен большой политический спектакль, цели которого замалчивались, зато последствия - фундаментальны. С прежними теориями революции все эти обстоятельства не согласуются. Ближе всего к “оранжевым революциям” стоят “бархатные революции” конца 80-х годов ХХ века.

По большому счету, “оранжевые революции” проводят грань между Новым временем, с его устоями рациональности и права, и пришедшей ему на смену эпохой Пост-модерна, которой присущ другой тип мышления.

- В чем состоит принципиальная разница?

- Постмодерн отвергает понятие истинности, допуская самые разные трактовки действительности.

- Истина утрачивает свое значение?

- Именно. А когда разрушаются все устои и системы координат, выигрывает тот, кто владеет ключом к интерпретации событий. Ведь именно он определяет, что есть белое и что есть черное. Например, в сфере международной политики тот, кто господствует в средствах, формирующих массовое сознание, присваивает себе право на захват ресурсов другой страны, ликвидацию ее общественного строя, свержение правительства. Так случилось в Югославии и Ираке, где прежние нормы права были отвергнуты, а понятие суверенитета страны просто исчезло. И если сегодня кому-то из сильных мира сего не понравится режим другой страны, он заявит о нарушении в ней прав человека и под этим предлогом начнет войну.

- С чего началась эпоха Постмодерна?

- Если говорить не о философских изысканиях, а анализировать практику, то первый опыт дали фашистские государства середины XX века - Германия и Италия. Германская “белокурая бестия” имела право на все. Тем самым, отрицались все устои Просвещения, утверждавшего единство человеческого рода. И хотя фашизм потерпел поражение, со временем в западной элите возобновились попытки подорвать устои Просвещения. Распад СССР развязал руки тем, кто жаждет реализации проекта Нового мирового порядка.

ЦЕНА ВОПРОСА - ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СУВЕРЕНИТЕТ

- Вернемся к “оранжевым революциям”. Каковы их цели?

- В результате краха советской системы возникли постсоветские государства. Со временем выяснилось, что бывшие советские республики, за исключением стран Балтии, с большим трудом интегрируются в периферию западной системы. Мало того, в них обнаружился импульс к восстановлению связей между собой, растущий потенциал державности и возрождения государственности, не интегрированной в подвластное Западу пространство.

Главный результат “оранжевых революций” состоит именно в том, что меняется источник легитимности. До сих пор власть в постсоветских государствах вырастала из толщи общества. Власть несла в себе ген прежней государственности, а народ сам выбирал своего президента. Как бы ни проходили выборы, президенты были легитимированы, то есть узаконены, самим населением постсоветских государств. Цель “оранжевых революций” состоит в том, чтобы прервать эту историческую преемственность, сделать так, чтобы власть устанавливалась не самим народом, а извне.

Характерно, что накануне всех “оранжевых революций” Запад всегда заранее предупреждал, кого он признает в качестве победителя выборов. Получит ли их кандидат на выборах большинство голосов, Запад не интересовало. Так, в преддверии украинских выборов Запад предупредил, что ставленник Кучмы Янукович признан не будет. Фактически результаты президентских выборов подгонялись под заранее утвержденный на Западе результат.

Поэтому в ходе “оранжевых революций” речь идет о том, сможет ли население страны отстоять остатки своего суверенитета. Как только власть начинает не избираться народом, а назначаться на Западе, государство утрачивает свой суверенитет.

- Зачастую люди не понимают, почему американцы решили убрать Эдуарда Шеварднадзе, и без того обслуживавшего интересы вашингтонского “обкома партии”. Зачем американцы меняли “шило” на “мыло”?

- Михаил Саакашвили может оказаться менее ценным прислужником Запада, нежели Шеварднадзе. Однако здесь вопрос о том, сколь успешно он будет решать поставленные перед ним задачи, не уместен. Принципиально не это. Главное состоит в том, кем он легитимирован - населением страны или Западом. Одно дело, когда “сукин сын” вырос у себя дома, а потом пошел в услужение американцам, и другое дело, когда он был прислан в страну с Запада. Сегодня для всех ясно, что теперь не в Грузии решается вопрос, кто будет ею править. Автоматически Грузия перестает быть постсоветским пространством.

- А кого в государствах, совершивших “оранжевую революцию”, Запад признает нацией? Только тех, кто в этой революции участвовал?

- На Украине нация - это те, кто голосовал за Ющенко и вышел на майдан Незалежности. Именно кукловоды с Запада объявляют народом “цветных революционеров”. Все же остальные, то есть более половины населения, для Запада - реликт советской эпохи, постсоветское быдло. Этих людей будут, мягко говоря, перевоспитывать.

- Кто решил помайданить - народ, а все остальные - нет? Позиция явно предвзятая и тенденциозная. Я бы сказал, дикая. Разве не так?

- Здесь все очевидно. Я бы хотел обратить внимание читателей газеты на то, какими бывают последствия отказа государства от своего права на легитимное насилие против тех, кто нарушает закон. Технология “бархатных” революций использует слабость устройства большинства современных государств, исповедующих уважение к свободе слова и собраний. В таких государствах даже в умы работников правоохранительных органов внедрена идея о недопустимости насилия по отношению к тем, кто не совершает насильственной агрессии, - даже если на лицо “мягкие” правонарушения. Причем эта неполноценность государственности была заложена, как программа-вирус, в механизм власти всех стран переходного типа. В результате даже в момент, когда толпа блокирует здание правительства, министры и чиновники продолжают пребывать в убеждении, что никаких насильственных действий применять против нее нельзя. Потому что это не демократично. Впрочем, там, где власть не претендует на вывеску “демократическая”, “оранжевые революции” не проходят. Мы видели это в Узбекистане.

- Но ведь и в Киеве, как мы помним, “оранжевые” вели себя весьма агрессивно.

- “Цветные революционеры”, как правило, начинают не с насильственных методов противостояния власти. Однако они всегда имеют в резерве и средства насилия. Причем, точечно насилие ими используется. Вспомните, как “оранжевые” организованной толпой врывались в помещение Верховной рады, оказывали жесткое давление на депутатов и членов Верховного суда. Они остановили правительственную машину, якобы вывозившую компрометирующие Януковича документы. Как можно было это сделать без применения угроз?

“ОРАНЖЕВЫЕ” И ДЕМОКРАТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕДУРЫ

- Демократия - это во многом процедура. Между тем выступающие под флагом демократии “оранжевые” и “розовые” революционеры с первых шагов стремятся навязать власти свой сценарий и отбросить установленные законом процедуры. И если власть поддается на их провокацию, она себя обрекает на поражение?

- Власть, заявляющая о своей приверженности демократическим процедурам, против “оранжевых” абсолютно бессильна.

- Почему же? Во время “цветных революций” нарушения действующего законодательства идут по нарастающей, что напоминает снежный ком. Но, как пелось в старой песне, “есть у революции начало”. Что мешает власти пресечь все это “веселье” на начальной стадии?

- К сказанному выше могу добавить, что значительная часть самой властной элиты находится в сговоре с “оранжевыми”. И это не удивительно, поскольку значительная часть начальства - на крючке. Ведь существенная часть “нажитого непосильным трудом” хранится в западных банках. А поскольку коррумпированных чиновников и политиков есть чем шантажировать, им крайне сложно противиться указаниям из-за границы. В таких условиях коррумпированным чиновникам и политикам гораздо проще не сопротивляться, а заявить, что бороться с народом нельзя.

- Но отговорка явно демагогическая...

- Да, но она действует. В итоге прежняя власть, разыгрывая спектакль, совершает политическую смерть. Впрочем, явно не на высоте положения оказался и Янукович, который принял навязанные ему правила игры. Более того, имея все свидетельства начала революции, Янукович пытался найти компромисс с Ющенко. Тем самым он признал, что разница в траектории программ двух претендентов на пост президента не носит фундаментального характера.

- А сам-то он осознавал, что разница в траектории их программ фундаментальна?

- Судя по некоторым заявлениям Януковича, сделанным во время кампании, эту разницу он осознавал. Во всяком случае, интуитивно улавливал. Янукович призвал к прекращению раскола православной церкви, сказал “нет купле и продаже земли” и заявил, что путь Украины - с Россией. А ведь эти три важные программные установки определяли цивилизационный вектор украинской государственности. Причем, люди это поняли. Неслучайно как минимум половина украинцев проголосовали за Януковича. Я считаю это большой его победой. Другое дело, что потом Янукович оказался не на высоте той планки, которую сам себе поставил. Конечно, разработанный проект цивилизационного масштаба у Януковича отсутствовал. Но, в конце концов, можно было бы честно сказать народу, что проекта пока нет, но в дальнейшем мы совместными усилиями его выработаем. А также предупредить людей, что если они поддержат Ющенко, то своего проекта у них уже не будет никогда.

ЯЗЫК МОЙ - ВРАГ МОЙ?

- В начале разговора вы говорили о стремлении Запада всегда сохранять за собой интерпретационную власть. Как показывает практика, “оранжевые” также стремятся установить монополию на интерпретацию происходящих событий. На майдане не было недостатка в телекамерах дружественных “оранжевым” телеканалов. Какими представляются вам наиболее эффективные ответные меры?

- Если внимательно прочесть речи “цветных революционеров”, несложно заметить, что они строятся не из рациональных понятий и категорий, а из образов. По сути, информационное пространство майдана Незалежности заполняли призраки. С трибуны звучало: “Мы - не быдло! Донецкие урки! Русский спецназ!” Слова, которые Тимошенко и Ющенко бросали в толпу, не имеют жесткого конкретного содержания. Их функция - наэлектризовать толпу магическим словом “свобода” и на время сплотить собравшихся на майдане общей идентификацией. Отсюда лозунг “Мы - не быдло!”. С точки зрения шахтеров Донбасса или металлургов Кривого Рога, язык майдана был иррациональным. Ведь тогда в Киеве говорили о свободе, пути в Европу и рок-музыке. В речах Тимошенко и Ющенко отсутствовала логика. Зато они оказывали сильное воздействие на чувства. Причем с каждой новой “оранжевой революцией” совершенствуются технологии их проведения. На Украине была широко представлена молодежная компонента, использована новая символика, огромную роль играла эстетика и специально созданная карнавальная обстановка. Против этого власть и население оказались беспомощными.

Каким должен быть ответ? Во-первых, патриотически настроенная часть российской элиты должна трезво осознать, какой вызов ставят перед ними и страной “оранжевые революции”. Во-вторых, интерпретируя происходящие события, в обращении к людям необходимо перейти на язык, адекватный этому вызову.

- То есть делать это надо не на языке Германа Грефа, Егора Гайдара и им подобных?

- Серьезный политик обращаться к людям должен не на языке Грефа или Горбачева, а, грубо говоря, на языке Лукашенко или Сталина. Это политики, в критический момент сумевшие перейти на понятный народу язык и ответить на вопросы об угрозах, которые люди интуитивно чувствуют, но для которых в обычной политической риторике не находят подходящих слов. Ведь как только политик начинает говорить на языке реальных угроз и реальных понятий, люди моментально вокруг него мобилизуются.

Я думаю, что майдан просто бы рассыпался, если бы нашелся политик, способный говорить на таком языке. Надо было прямо ставить вопрос о том, что речь идет о цивилизационном выборе. Тогда массовое наваждение было бы быстро рассеяно. Характерно, что сегодня основная масса людей, стоявших на майдане, чувствует себя обманутой. Там господствовал постмодернистский спектакль, и зрителям слова в нем не давалось.

Что мешало Януковичу помочь этим сбитым с толку людям увидеть очевидное тогда, когда они находились на майдане в качестве наблюдателей прекрасного спектакля? Вместо этого сторонники Януковича принялись имитировать “оранжевых”. Что вызывало смех. Ведь не на этом поле надо было конкурировать с “оранжевыми”. Нельзя бороться с дьяволом его же методами.

СТОРОННИКИ И ПРОТИВНИКИ

- В случае попытки проведения “оранжевой революции” в России кто составит социальную базу ее сторонников и противников?

- “Революционный авангард” составят космополитическая часть крупных собственников, претендующих на принадлежность к глобальной элите и выполнение функции смотрителя за богатствами России, а также часть бюрократии и часть либеральной западнической интеллигенции, которая опасается возрождения “империи зла”. Думаю, организаторам “оранжевой революции” не составит большого труда и активизировать пожилую когорту “ветеранов антисталинского фронта”, и привлечь сытую столичную молодежь, предложив ей шикарную тусовку с рок-музыкой и бесплатным пивом.

- Телевидение уже работает для ее привлечения. Например, 15 октября в программе “Неделя” Марианна Максимовская вдохновенно рассказывала об “оранжевой молодежи”. Но, помимо молодежи, будет и другая “пехота”?

- Безусловно. Массовку составят представители самых разных слоев населения, вплоть до маргиналов.

Что же касается противников “оранжевой революции”, то объективно ими является наиболее пострадавшая от реформ часть населения России - трудящиеся города и деревни. В их числе инженеры, квалифицированные рабочие, работники государственного аппарата среднего и нижнего звена, офицеры и прапорщики вооруженных сил, МВД и ФСБ. Как показали события последних 15 лет, унаследованный от Советского Союза офицерский корпус в своем подавляющем большинстве обладает неустранимым государственным инстинктом. Поэтому если в результате “цветной революции” в России будет установлена власть космополитической клики, представляющей интересы глобальной элиты, такой офицерский корпус ее явно не устроит. С помощью “генетической инженерии” станут выводить новый для нашей земли сорт - “гориллу российскую”. Поэтому патриотические установки офицерства весьма органично сочетаются со шкурными групповыми интересами.

Конечно, далеко не все противники “цветных революций” сохраняют надежды относительно намерений и возможностей власти в восстановлении хозяйства и государственности. Однако они высоко ценят ту передышку и относительную стабильность, которую обеспечил им нынешний режим. Для этих людей перехват власти хищниками-космополитами является не просто большим злом, а подлинной катастрофой. Наконец, далеко не все “отряды” нынешней элиты имеют шанс сохранить свои позиции и привилегии в случае торжества “цветной революции”. А это сильная мотивация для того, чтобы организоваться и сорвать попытку ее проведения.

Беседовал Олег НАЗАРОВ
Читайте нас в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе последних событий
Новости Партнеров
Комментарии

Чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь на сайте

Новости СМИ2


Киномеханика