центральная профсоюзная еженедельная газета
электронная версия
12+

Сон предпрофкома

 

Предпрофкома Одинцов притомился на предвыборной встрече. Вот  и  задремал на обратном пути под ворчание водителя. И приснился Дмитрию кабинет начальника его фирмы.
Прохор Ильич кокетничал там с младой секретаршей. Он пел под гитару про то, что если звать его запросто — Прошею и быть с ним хорошею, то он за это при первой возможности уж повысит в зарплате. Пел – из песни слов не выкинешь -  что и в должности. Врал.
Увидел Одинцов и приемную начальника. Выжидающие рассуждали.
- На профсоюзную горячку шеф всегда найдет директивную утюжку.
- Да-а, боссу не слабО сделать руководящей пятерней вкручивание.
- У нас тоже есть профметОда, могЁм разоблачизмы провернуть, хотизмы предъявить. Но пусть профлидер сам: он рисковый…
- А чем занят руководитятко, сэр Самолюбов? Что там подслушно?
- Охмурежем секретарши.
 И себя узрел Одинцов. Вбежал он туда, вскричал:
- Что сидите? Штурмом надо брать, а не осадой. Это же зарплатный вопрос! Комиссия по трудспорам ни пру, ни ну. Профактив – догада!-  задним умом крепок. Домолчитесь! Всей организации поставят здоровенный процент премии и мизерные окладики! Над зарплатой кот заплачет!
Все закосили под малоразвитых.
- Так бы ить бы хорошо бы, ежли б и премию завсегда…  Ты, Одинцов, иди, добивайся. Доверяем. Ну!
Одинцов озверел.
- Один? А вы? Где поддержка?
- Так до зарплаты еще дожить надоть. Ежели меркантилизм проявить, ее и не премиями, а пособиями по безработице могут заменить…
Одинцов попытался их увиноватить.
- Зачем, трудовые договоры со сроком подписываете? Срочники первые безработники!
Народ ерничал.
- Подписуем? Када? Тута, здеся, теперя? Мы людва подневольная… А ты иди отседова. Да не туда. Сюда. К шефу. Противоборствуй.
Одинцов уперся.
- Мне что, одному надо?
- Мы те скажем, только ты не обижайсь. Нам всем всё НАДО. Но нам надо, чтобы это всё для нас кто-то сделал. Мы ж тя выбрали… Иди, воюй! Борись, кому сказано!!!
Его подталкивают к двери шефа. Барабанят, вталкивают. Он зацепился ногой за порог, упал. Лёжа инициировал выпад.
- Как же так, Прохор Ильич? Вдруг всех переводят на срочные договора. Вы же обещали… А пакет социальный? Обязательства…
Взбудоражив себя до кипения, он встает, отряхивается, кричит.
- А процент зарплаты и премии?!! Нарушаете пакт. А льготы КД?!!
Начальник ответно взрывается.
- Ты что пришел? Разводишь тут профбазар… Прекрати скулеж! Мы же с ними по-хорошему договариваемся. Они не возражают. Один ты от собственной храбрости, понимаешь, заходишься… Все эти требования - деньгошвыряние! Ты что, комдив грабьармии? Привел свою профорду обирать меня? Ты нам тут не вкручивай! Ну что ты их все время организовываешь?!! Они же сами ничего не хотят, молчат. Профсоюзная блажь у тебя? Формируешь мнение? Да я твою оппозицию в такую позу поставлю, что…
- А вот ко мне в помощь комиссия едет из вышестоящей профорганизации…
Самолюбов перебивает.
- Слушай анекдот. Приезжает комиссия в профком проверять работу. Одни бабы. Потом из верхов факс: «Вам выговор». Председатель фигеет: «За что?» Отвечают: «А членство у тебя маленькое, аппарат не работает…» Ха,ха,ха! Сколько членов-то у тебя, многочлен? Мало… Кыш!
Секретарша уточняет:
- Не впускать его больше?
Одинцов ошеломляется.
 - А вы-то что себе позволяете?!!
Но под взглядом начальника он перекипает и сдает позиции.
Секретарша, грудью оттесняя Одинцова к двери, желчно бросает:
- И попрошу вас тут на мне не возбуждаться!
Начальник удовлетворенно кивает. Профсоюзник уходит. Шеф поощрительно целует руку секретарше.
- Безумно рад взаимопониманию. И надо покончить с теми, что в коридоре. И давай подумаем, Милочка, как провести профсоюзную конференцию. И провести… всех.
 Секретарша рысью входит в приемную.
— Ваш профаракул расстарался. У Прохора Ильича поднялась температура! Настроение брыкательное. Это нервное, на профсоюзной почве. Кто не боится себе навредить, прошу вползать первым. Именно вползать, ибо сейчас входить – делу вредить.
Все галопируют из приемной.
Автомобиль тряхнуло. Теперь снилась завтрашняя конференция.
Двое нехилых держали Одинцова на трибуне под руки и заталкивали ему в рот шоколад, как только он хотел что-нибудь сказать. И вопили: «Мы – в шоколаде!»
Вошел Самолюбов и превентивно закричал:
 - Дорогие делегаты! Вы не лезьте в кандидаты: место распределено, мне обещано оно!
- Не стишить! – ответно воскликнул Одинцов. На днях он особым приказом запретил изъясняться стихами на конференции, ибо массу  рифмоплетов развел ранее с помощью профсоюзной газеты, а стиходелы уводили от сути к форме, скрадывая время. Но группа поддержки взорвалась-таки кричалками: «Давай, голосуй! Бюллетени не тасуй! Урна новая у нас, кандидаты — первый класс!». Ведущий собрания проявил вникание в ситуацию и срочно объявил:
- У нас в гостях фокусник. Это подарок делегатам от фирмы.
Фокусник, в маске и плаще, призывно взмахнул руками, и из рукавов посыпались путевки, приказы о премиях, повышениях зарплаты. Зал метался, хватая все под мелодию «Лебединого озера».
Тут Самолюбов заявил потверже:
- Я не шучу! Баллотируюсь! Самовыдвижение!
Фокусник взмахнул плащем. Под ним оказалась желтая голосовательная урна в форме свиньи. И все сконфузились. А Одинцов закричал:
- Свинью подложили? Желтая урна? Желтый профсоюз? Стыд и позор!
Но Самолюбов не растерялся.
- Подумаешь! Да у нас этих урн, как кандидатов! Фокусник, апни!
Тот не заставил себя ждать.
Свинячья урна уползла за сцену. Оттуда уже двигались две оранжевых. На одной, с громадной щелью — надпись «ЗА». На другой, без щели, — «Против».
Группа поддержки начальника запела, что не нужны «из грязи в князи» наглецы. Солист вопрошал: «Кто нам тута вместо рОдного отца?»
Самолюбов вероломничал:
- А голосуйте за меня открыто!
Зал овацировал: «Единогласно!». А Одинцов вопросил:
- Но как же он будет подписывать колдоговор – один за двоих?!
Самолюбов взял ручки и подписал бумагу — двумя руками одновременно…
Машина остановилась. Предпрофкома радостно проснулся. «Сон не в руку, сон не в руку!» - затьфукал он. И сон не сбылся. Пока. Смотрите в оба – чтоб он не сбылся у вас. Не спите.
 
Светлана Кожевникова