Илья Смирнов

Пропаданцы

Илья Смирнов
Историк

Дети легко и непринужденно воображают себя мушкетерами или рыцарями. А сочинители фэнтези (сказок для взрослых) предпочитают переносить действующих лиц не в будущее, что физически не запрещено (садись в фотонную ракету и возвращайся, сделав круг, к правнукам, как в романе С. Лема “Возвращение со звезд”), а в прошлое. Следуя за модой, известный экономист написал роман, в котором герой проваливается в 20-е годы, чтобы исправить недостатки советского социализма. Появился даже термин: попаданцы. Как правило, жизнь в прошлом у них складывается весело, успешно и престижно.

А вот хрононавтика реальная.

В Бразилии 11-летняя Елена Валеро угодила, минуя феодализм, в первобытнообщинный строй - к лесным индейцам яномами, которые напали на ее семью, а девочку убивать не стали, приняли в племя. Понятие “племя” требует уточнения. Яномами жили небольшими группами под руководством тушауа - не вождей, скорее старейшин, которые не выделялись ничем, кроме опыта и авторитета. В таком обществе, не знающем социального расслоения, много симпатичного, например, готовность разделить последнее не только с близкими, но и с чужим, если его приняли: “Муж хозяйки наловил в лесу муравьев, хозяйка поджарила их и дала мне”. Если приняли. А если нет? Самое страшное в первобытности - не антисанитария и специфические обряды (вроде поедания пепла покойных), а непрерывная война между общинами. Соседи и лучшие друзья по самым ничтожным причинам становятся злейшими врагами, по отношению к которым дозволено все - любое коварство и жестокость.

“Тушауа Рохариве не был злым. По дороге он сказал своим воинам: “Зачем вы убили женщин и детей? Всех подряд не надо”. Воины отвечали: “Ты же сам велел убивать всех”.

“Это я просто так сказал. Не знал, что их совсем мало”.

“Нет, их не мало, - возражали вождю воины. - Почти все мужчины были на охоте. Остались женщины. Скоро эти женщины народят детей и опять их станет много”.

Елена провела в этом раю 20 лет, одного ее мужа убили, второй, спасая сыновей от кровной мести, сам предложил бежать к белым.

А швейцарку Кармен Дюфур угораздило выйти за одного из многочисленных братьев лидера “Аль Каиды” (террористическая организация, запрещенная в РФ). Правда, ее супруг Ислам Бен Ладен был не террорист, а вполне культурный человек, получивший современное научное образование. Но в родной ваххабитской Аравии должен был жить по тамошним правилам. И Кармен очутилась в Средневековье. Там, где женщине нельзя одной выйти на улицу и есть в присутствии мужа. “В книжном магазине почти пусто”, потому что на таможне изъяли все, в чем “есть хотя бы намек на любовный роман”, а заодно книги, написанные авторами-евреями. “Шариатская гвардия” разбивала музыкальную аппаратуру и кукол (изображать людей - грех). Семья Бен Ладен очень богата, поэтому наша “попаданка” сравнивала свое  положение с жизнью не рабыни, а домашнего животного: хозяйскую собачку слуга тоже будет ублажать, пока она любимая и хозяин рядом.

Кармен не ученый и не политик, ее воспоминания убедительны именно бесхитростностью домохозяйки, которая видит, “как маленький мальчик, войдя в комнату, одним жестом показал своей старшей сестре, что ей надлежит встать со стула”. А финал путешествия в прошлое примерно такой же: пропади оно пропадом, хочу домой! Только спасать на сей раз пришлось дочерей от запретов на образование и от продажи богатому старику.

Кто-то скажет: проблема в религии. Но боюсь, что если бы наша героиня выскочила замуж в христианское средневековье, хотя бы и за знатного дворянина, ей пришлось бы не легче. Просто в Европе не осталось страны, подходящей для подобных экспериментов.

Зачем про них вспоминать? Не только ради занимательного чтения. Нас - не отдельных заблудившихся гражданок, а целый народ - периодически пытаются спихнуть в прошлое. Сочиняют фэнтези про потерянный рай в том или ином зале исторического музея; выдают предрассудки за альтернативное знание; вытаскивают подарки из сундука бабушки Гингемы - то запрет абортов, то переподчинение гинекологов следственным органам; переносят законное негодование против конкретной (грубо реакционной) идеологии, восторжествовавшей сейчас во многих государствах Запада, на европейскую культуру и прогресс как таковой.

Недавно развлекался, читая в правительственной газете сочинение о хорошей жизни не просто при драгоценнейшем Николае Втором, но конкретно в Первую Мировую войну. Оказывается, “материальное положение деревни было стабильным благодаря хорошим урожаям и помощи государства семьям, которые послали своих работников на войну”, и даже “коэффициент самоубийств упал”. Отчего же случилась революция посреди такого счастья? Видимо, послав работников на убой, их семьи не знали, чем занять досуг.

Конечно, у предков не грех поучиться чему-то хорошему, что потом забыли. Но общий прогресс человечества (в том числе нравственный) - не субъективная оценка, а объективное содержание мировой истории (со всеми поправками на частные и временные отступления). Опыт путешественников в прошлое - лишнее тому подтверждение.

Читайте нас в Facebook, чтобы быть в курсе последних событий
Новости Партнеров
Комментарии

Чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь на сайте!


Новости BangaNet


Киномеханика