Светлана Прокудина

“Никто не хотел пить чай без сахара”

В 1968 году итальянский режиссер Джилло Понтекорво приступает к съемкам своего нового фильма. К этому моменту он уже дважды номинант на премию “Оскар” и обладатель “Золотого льва” - главного приза Венецианского кинофестиваля. После успеха его последнего фильма “Битва за Алжир” перед Понтекорво открыты все двери. Продюсером новой картины становится Альберто Гримальди, успевший поработать с Серджио Леоне, а в главной роли соглашается сняться сам Марлон Брандо. Забегая вперед, скажем, что повторить успех “Битвы за Алжир” у Понтекорво не получится, но без внимания критиков и фестивалей его новая работа под названием “Кеймада” не останется.

Кеймада - вымышленный остров в Карибском море, в фильме он принадлежит Португалии. Главная достопримечательность острова - сахарные плантации. Они-то и станут определяющей причиной основных событий, разворачивающихся в картине Джилло Понтекорво. Начинается она в духе романтических кинолент: мужчина в светлом костюме стоит на палубе корабля и смотрит в подзорную трубу - практически “В поисках капитана Гранта”. Импозантного мужчину с трубой зовут Уильям Уокер (Марлон Брандо), он агент британского правительства, и на острове появляется с грандиозной целью - устроить там переворот, чтобы контроль над плантациями сахарного тростника перешел англичанам. Романтика первых кадров скоро исчезнет, ее место займут цинизм и холодный расчет.

Главное слово фильма - “свобода”. Одни за нее здесь борются, другие ею спекулируют. Первые - негритянское население Кеймады, вторые - британские власти и их ушлый представитель Уокер. Марлон Брандо блестяще справляется с ролью флегматичного и хитроумного нарушителя порядка на острове. Его коварство и флегматизм к концу фильма набирают обороты и выходят на новый пугающий уровень, когда кажется, что ничего человеческого в нем не осталось. Говорят, эту роль Брандо называл своей любимой.

В первой части фильма, где Уокеру нужно найти вожака для будущего восстания, он проявляет талант переговорщика, умело оперируя понятиями “прогресс” и “цивилизация”. Он убеждает активное население Кеймады, что Британская империя выступает за окончание иностранного владычества в Латинской Америке, но не хочет при этом “революции с непредсказуемыми последствиями”. На деле же добивается именно этого.

На роль вожака восстания Хосе Долореса режиссер рассматривал вначале Сиднея Пуатье. Но когда американскую звезду заполучить не удалось, итальянский режиссер поступил радикально: на вторую главную роль в фильме он взял непрофессионального актера из Колумбии Эваристо Маркеса. Для него работа в “Кеймаде” стала первой ролью в кино. Но этого не заметить. Понтекорво вообще очень тонко сочетает постановочные кадры с документальными. В массовых сценах на улицах острова мы видим не актеров, а обычных людей. Кадры же с негритянками, танцующими под музыку Эннио Морриконе, просто завораживают.

“Сегодня цивилизация принадлежит белым. Тебе придется с этим смириться”, говорит Уокер Долоресу. “Белые умеют продавать сахар, но именно мы рубим тростник”, - напоминает англичанину Хосе. Уокер обманывает Долореса один раз, убеждая его возглавить восстание против португальцев. И пытается сделать это еще раз во второй части картины, когда через десять лет на острове вспыхивает новый мятеж, уже против британского правления. Несмотря на то, что правда на стороне таких, как Хосе Долорес, со справедливостью эти люди встречаются редко. Отсюда ощущение, возникающее в финале фильма: концовка хоть и пафосная, но по-человечески правильная. Ты не можешь не испытывать радость оттого, что последнее слово здесь остается за чернокожим вожаком, который оказывается честнее, морально чище и смелее циничных франтов в белых костюмах.

ГАЛЕРКА

Александр Шершуков:

Это политический антиколониальный фильм. Собственно, он в большей степени о борьбе за независимость, чем просто об эксплуатации. В рамках рассказанной истории можно было бы вспомнить о схожих формах борьбы (правда, без вооруженного восстания) временных работников-латиносов за свои права на сборе фруктов в США в течение почти всего XX века. Но я бы предложил другой ракурс: кто часто использует справедливую борьбу людей?

Английский офицер в исполнении Марлона Брандо умело разжигает из недовольства черных работников восстание, которое, вообще-то, ему поручило разжечь правительство Ее Величества. И не для защиты прав, а ради банального передела зон экономического влияния. Только бизнес, ничего личного! Как только эта борьба начинает угрожать бизнесу английских компаний - остров буквально выжигают.

И здесь стоит подумать и прикинуть на себя и на профсоюзы: когда мы боремся - как избежать использования этой борьбы в чужих интересах? Или стоит принять неизбежное и действовать по принципу Портоса - “я дерусь, потому что дерусь”? То есть - мы боремся, понимая то, что эту борьбу могут попытаться использовать иные силы, но отказ от борьбы - проигрыш уже в начале? Сложный вопрос…

АФИША

“Кеймада”

Начало XIX века. На остров - колонию португальцев прибывает английский офицер, чтобы устроить восстание и вывести Кеймаду из подчинения местным властям. Основная масса чернокожих работников трудится на плантациях сахарного тростника. Мятеж удается. Но справится ли новая “местная” администрация с управлением? И устроит ли англичан независимая политика?

Действующие лица и исполнители:

Уильям Уокер - Марлон Брандо; Хосе Долорес - Эваристо Маркес; Шелтон - Норман Хилл; Тедди Санчес - Ренато Сальватори.

Награды:

1970 - награда “Давид” за победу в номинации “Лучший режиссер” премии “Давид ди Донателло” Итальянской академии кинематографии (Джилло Понтекорво); 1970 - награда “Золотая чаша” итальянского кинофестиваля “Золотые кубки”, присуждена продюсеру Альберто Гримальди; 1970 - награда “Серебряные видеокадры” за лучшего иностранного исполнителя кинороли, присуждаемая испанским журналом Fotogramas (Марлон Брандо).

Материал опубликован в "Солидарности" № 35, 2019

Читайте нас в Facebook, чтобы быть в курсе последних событий
Новости Партнеров
Комментарии

Чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь на сайте!


Новости BangaNet


Киномеханика